Олег Росов (novoross_73) wrote,
Олег Росов
novoross_73

В продолжение предыдущей темы. О Ю. Стельмащуке.

Тут некоторые свидомые дебилы, как водится, попытались в камментах к предыдущей заметке устроить "нацсрач" и поставить под сомнение опубликованный материал.

У меня-то всё на готове, посему оный бред был своевременно ликвидирован.

Но пришлось задуматься.

А посему возникло решение - данную тему я продолжу материалами дела Стельмащука-"Рудого".

Хавайте, твари!


Протокол
судебного заседания


1945 года, августа, 6 дня.

Военный Трибунал войск НКВД Киевской области гор. Киев в помещении ВТ в закрытом судебном заседании в составе:

Председательствующего
Ст. л-та юст. Баранковой

и членов:
1. Ещенко,
2. Колесник

при секретаре Сламчинской

б/участия обвинения и защиты

рассмотрел дело по обвинению Стельмашук Юрия Александровича в пр. по ст. 54-1 "а" и 54-11 УК УССР.

Судебное заседание отрыто в 10 часов 00 минут.

Председательствующий объявляет о подлежащем к слушанию деле.

Секретарь доложил, что в судебное заседание подсудимый Стельмашук доставлен под конвоем, свидетели в судебное заседание не вызывались.

Председатель удостоверяется в самоличности подсудимого, который на заданные ему вопросы показывает:

"Я, Стельмашук Юрий Александрович, 1920 г., уроженец и житель с. Коршев, Синкевичевского р-на Волынской обл., из крестьян-середняков, б/п, украинец, образование среднее, окончил 10 классов, холост, имею отца, мать, сестру - они в 1941 г. репрессированы Советской власьтю, ранее не судим, под стражей с 9 июня 1945 г., с обвинительным заключением ознакомлен 4 августа 1945 г.(часть текста трудна к прочтению).... подсудимого не имеет ли он отвода составу суда - отвода составу суда не заявляю.

Пред-щий разъясняет процессуальные права и спрашивает подсудимого, не желает ли он ходатайствовать до начала судебного следствия по делу.

Пред-щий оглашает обвинительное заключение и определение 123, разъясняет сущность обвинения, спрашивает подсудимого, понимает ли он в чем его обвиняют, признает ли он себя виновным и желает ли дать показания.

Подсудимый Стельмашук:

"Обвинение мне понятно, виновным себя признаю, за исключением того, что моим отрядом унчтожено не 15 тыс., а 5 тыс. поляков, 15 тыс. поляков было уничтожено по всей Волыни, желаю дать суду показания."

Подсудимый Стельмашук по существу дела показал:

До 1939 г. я учился в Луцкой гимназии. В 1939 г. польской полицией был арестован за принадлежность к "ОУН", но так как доказательств не было, то меня освободили. В 1939 г. с приходом частей Красной Армии три м-ца учился во Львовском университете, но потом учебу оставил. В этом же 1939 г. меня вызвали в органы НКВД, так же заподозрили в принадлежности в "ОУН", но освободили.

Меня начали запугивать, что Советская власть меня репрессирует, и поэтому я в январе 1940 г. перешел границу на польскую территорию, оккупированную немцами. Через некоторое время я возвратился на Советскую территорию за деньгами. Деньги я взял, а так же мой двоюродный брат Стельмащук дал мне пистолет. Переходя границу при возвращении на немецкую территорию я ранил себя из пистолета и до выздоровления находился в с. Грубишеве. В апреле м-це 1940 г. я пришел в г. Холм н начал учиться в гимназии. В гимназии руководителем "ОУН" Онуфрийчук я был включен в "ОУН" и назначен звеньевым - мне подчинялись три человека. По окончании гимназии в декабре 1940 г. я перешел на жительство в с.Сибибури. В 1941 г. в феврале м-це я руководством "ОУН" быд вызван в Холм, где получил задание явиться в Краков к руководителю "ОУН" - Федаку. Прибыв в Краков, з Федаком встретился в немецкой школе, директор Федак был резидентом немецкой разведки. В указанном месте студенческий...(часть текста трудна к прочтению). Федак передал меня "Калине" - настоящей фамилии его не знаю. "Калина" подбирал кадры для школы командного состава "ОУН". Мо...(часть текста трудна к прочтению). 120 человек, прибывшие из разных мест, прошли медицинскую комиссию, и через два дня были направлены в г. Бранденбург, где помещалась школа командного состава.

По окончании этой школы я был направлен в специальную школу диверсантов-разведчиков, которая помещалась в г.Нойгамере. По окончании школы я возвратился в Краков. Здесь я узнал, что моя семья репрессирована в 1941 г. органами Советской власти.

В Кракове к нам - выпускникам школы приехал заместитель Бандеры - Стецько, а также другие представители центрального провода "ОУН". Прежде всего нам дали назначения. Я получил назначение в Волынскую область к областному руководителю "ОУН" - Закоштуй. Стецько говорил, что мы должны вести подрывную работу против Советской власти, также говорил, что скоро начнется война между Германией и СССР и что эту войну нужно использовать в интересах "ОУН".

По линии диверсионной работы я от начальника немецкой разведки, немца -майора, фамилии которого не помню, получил задание в первый день войны взорвать железнодорожное полотно и стрелки в г. Сарны. Из Кракова мы выехали 16 июня 1941 г. и должны были перейти границу в Венгрии. Из Кракова мы направились к Ужгороду, а из Ужгорода в Мукачев, где ночевали в немецкой школе, директор которой был резидентом немецкой разведки.

Границу мы перешли в районе с. Волово - на границе Венгрии с СССР. До самой границы нас провожал Стецько и начальник немецкой разведки. Нас на границе снабдили пистолетами, взрывчатыми веществами и деньгами. Перейдя границу, мы прошли в первую ночь 20 км., а затем двигались такими же переходами, и война нас застала в Синевицькой Вишне. Не ожидая связи, а следовательно и указаний, мы продолжали двигаться. В с. Труханов мы случайно встретились с группой "ОУН" и отсюда ушли в г. Стрий. В Стрие мы пробыли два дня и выехали во Львов.

Во Львове я связался с заместителем Бандеры - "Лебедь" и от него уже должен был выехать в Волынскую область в распоряжение обласного руководителя "ОУН" "Закоштуя". Когда я был в штабе "Лебедя" туда пришел начальник немецкой разведки, с которым я встречался в Кракове, который сказал, что я - Стельмашук, поеду не в Волынскую область, а в Советский тыл за Днепр, тоже самое он сказал о других "оуновцах", которые закончили диверсионную школу. За Днепр никто не хотел ехать, поэтому некоторые сразу уехали к месту своего назначения, а я задержался во Львове по следующей причине.

В штабе "Лебедя" я встретился с представителями Центрального провода "ОУН" "Старух", "Медведем", "Косарем". "Косарь", с которым я встречался в Кракове, предложил мне ехать в Житомирскую область. Я согласился и выехал в Житомир, где был назначен военным референтом "ОУН" Житомирской области, руководителем Житомирского областного провода "ОУН" был Шевчук. Проработав 8 дней я заболел, работать не мог, и в связи с этим поссорился с Шевчуком. Когда приехал "Медведь", Шевчук на меня пожаловался и я был "Медведем" направлен в Волынскую область к "Закоштую", кроме этого дал пакет к заместителю Бандеры - Стецько. Этот пакет по приезде в Луцк я должен был отдать Робитницкому, а тот уже должен был передать его Стецько. Я, приехав в Луцк к "Закоштую", который отпустил меня в Коршево - мое родное село, для выздоровления, пакет я передал Робитницкому. По выздоровлении я был назначен областным референтом молодежи организции "Сич" - эта организация при немцах была легальной.

Будучи референтом молодежной организации "Сич" я провел два "вышкола" молодежи. Один вышкол был проведен в Луцке, где было обучено 60 человек, а второй в Ковеле, где было обучено 100 человек. В Ковеле немцы разогнали курсы, гестапо искало меня, но я скрылся и ушел в Коршев. В это время в управлении областного провода произошли изменения. "Закоштуй" был назначен краевым проводником "ОУН", а областным был назначен "Сизый".

Когда я пришел из Ковеля в Коршев меня вызвали к "Сизому", который находился тогда в Рафаловском районе - это было в декабре 1941 г. "Сизый" при этой встрече назначил меня военным референтом в Лупкой округе. В этой должности я работал до половины января 1942 г.

Будучи военным референтом Луцкой округи я налаживал связь с районами и проверил состояние военной подготовки среди участников "ОУН".

С января 1942 г. я был назначен военным референтом Ковельской округи, приехал в Ковель в феврале м-це 1942 г. В Ковеле я явился к "Ящуру", который был окружным проводником и моим начальником. Я обошел все районы своей округи, ознакомился с обстановкой, силами людскими и техникой, которой я располагал. Работать приходилось много, потому, что "оуновская" организация на Ковелыцине была молодая. В должности военного референта Ковельщины я работал до конца марта 1942 г. На Ковелынине мною была проведена большая работа.

В 1942 г. меня вызвал к себе "Сом" - представитель Центрального провода "ОУН" и дал задание провести подготовительную работу по созданию "УПА" на Ковелыцине. Мне было дано задание найти оружие, склады, собрать людей. В своей работе я должен был подчиняться "Олегу" - организационному референту Волыни. Мне подчинялось 10-12 районов, которые составляли Ковельскую округу. Возвратившись на Ковелыцину - это было в марте 1943 г., я забрал всех участников "ОУН", которые работали в полиции и вместе с оружием направил их в лес. В Ковеле по моему распоряжению была разбита тюрьма и концлагерь, всех людей я также увел в лес.

Кроме этого, будучи военным референтом Ковельской округи, провел несколько "вышколов" - районного и окружного актива, а также руководил работой по ликвидации мельниковского движения.

В марте м-це 1943 г. я получил приказание оставить организационную работу, а зяняться организацией "УПА". Тогда еще "УПА" не имела постоянного названия, вернее, одного общего названия, это были отряды, которые назывались по разному. Окончательно оформилась "УПА" в июне 1943 г.

В июне 1943 г. я был назначен командиром отряда, который насчитывал 410 человек. В этом же июне 1943 г. в Колковском лесу я встретился с Климом Савуром - заместителем представителя ставки главного командования - Андрушенко. Савур дал мне приказание уничтожить всех поляков Ковельской округи. Все руководство Ковельщины в т.ч. и я выступили против этого предложения, но Савур пригрозил мне полевым судом. Положение было затруднительным. Не выполнить приказ я не имел права, а выполнить этот приказ не разрешало личное убеждение. Я обратился к Андрушенко. Андрушенко мне сказал, что это указание не из центра, что это перекручивания на местах, но определенного ничего не сказал.

Таким образом я дотянул до августа 1943 г. Пока я вел переговоры курень Голубенко из моего отряда сожгли польскую колонию. Поляки убили двух бандеровцев, а бандеровцы сожгли колонию.

В августе м-це 1943 г. Савур и "Олег" опять меня вызвали к себе и требовали уничтожения поляков, я опять не соглашался, потому что поляки помогали нам. Так как отказываться больше нельзя было, то я согласился. Я Ковельскую округу разделил на три части. На территорию Прибужанщины и Любомльского района - "Лысого", Турийского р-на - "Сосенко" ("Сосенко был прислан с Волынской округи, но людей я ему дал своих), Голобского р-на - "Голубенко". В Ковеле уничтожением поляков должно было заняться "СБ" ("Служба безпеки"). Уничтожение поляков нужно было провести с 25 по 30 августа 1943 года.

Задача была выполнена во всех районах, кроме Турийского. Сосенко поручил провести "акцию" Бескету, который побоялся трогать поляков, потому, что узнал, что в Турийском р-не организован отряд поляков 1500 человек вооруженный - готовый к сопротивлению. В моей округе было уничтожено до 3.000 поляков, кроме того 1500-2000 уничтожило "СБ", таким образом на Ковелыщене было уничтожено до 5 тысяч поляков. Конечно, эти данные не совсем точные, потому что статистический отчет нам не разрешали вести.

Имущество, продукты питания уничтоженых забрали в банды, а постройки сожжены. На сожжение построек дал приказание я.

В октябре м-це 1943 г. на Волынь приехал командующий Северного округа - Клим Савур, который приказал немедленно уничтожить поляков в Турийском р-не. Я собрал 700 человек, но поляки не были уничтожены потому, что немцы в Турийский р-н привели 1500 солдат для борьбы с "УПА".

В это время меня вызвал к себе "Олег", а мой заместитель "Вовчак" вступил в бой с немецкими солдатами приехавшими в Турийск. Бой длился три дня и происходил в районе с. Радовичи и Литинь. Так как силы были не равными, Вовчок отступил и скрылся в Цуманских лесах.

Я немного возвращусь. Я знал, что "Олег" находится в Ковеле, но когда я приехал в Ковель, мне сказали, что "Олег" с Климом Савуром уехали во Владимирецк, где Савур назначил меня проводником военного округа Волыни, который я принял от "Олега".

Под моим руководством и личном участии группы "УПА" вступали неоднократно в бои с партизанами Федорова. Бои не были удачными для нас, потому что партизаны превосходили нас и людьми и техникой. Кроме этого нам досаждали немцы. Я был между двух огней. Кроме боев с партизанами, были мелкие стычки с поляками, а вообще бои были почти ежедневно. Помню, что последний бой с поляками был 23 декабря 1943 г.

В конце декабря 1943 г. приехал Савур с целью проверить работу Волынской области, с ним приехали представители Центрального провода "ОУН", один из них Карпович, непосредственно занимался проверкой. Здесь же Савур дал приказание готовиться к переходу линии фронта - в тыл Красной Армии. Я разделил свой отряд на 3 группы. Каждая группа начисливала 600-500 человек. Во главе 1 группы был "Крыга", 2 группы - Голубенко, 3 группы - Вовчак. В начале 1944 г. я проверил работу "Крыги" и попал там в окружение, из окружения я вышел и собрался ехать к Савуру, но, так как везде было много партизан, я был осторожен. Изредка были стычки с партизанами. Весной 1943 г. я потерял связь с Савуром и с Центральным проводом "ОУН". К этому времени у меня осталось 30 человек личной охраны и сотня всего приблизительно 150 человек. Я решил с этими людьми ехать в тыл Красной Армии. Линию фронта мы пересекли в районе Ковеля. Положение было тяжелым, было половодье, передвигаться было трудно, связи я ни с кем не имел. Вначале я на установление связи посылал связных, затем целые группы людей, они попадали в руки работников НКВД и частей Красной Армии и не возвращались. Тогда я, отобрав группу людей, пошел сам устанавливать связь с Савуром.

В поисках Савура я встретился с бандой "Рубашенко" куринного "Дубового". Рубашенко связал меня с "Гамалией", который охранял штаб Савура. "Гамалия" связал меня с "Галиной", который был заместителем Савура. Насколько я помню, с "Галиной" я встретился в Костопольском р-не. "Галина" ничего существенного мне не сказал. "Галина" дал мне задание перейти линию фронта и разыскать Савура, так как из всего было видно, что Савур остался у немцев. Когда я возвратился в Ковельский лес, то своих людей я не нашел, их разбили части Красной Армии. Выполнить задание "Галины" я не мог, потому что части Красной Армии преследовали нас каждый день. После этого я решил идти в с. Бунин, где у меня были знакомые, с тем, чтобы связаться с бандами.

В июне 1944 г. в с. Буцин я связался с "бойовкой" Седлищанского р-на и остатками банды "Кубика". Здесь же я встретился с "Крыгой" у которого из 500 человек осталось 50, остальные при переходе линии фронта попали в руки частей Красной Армии. Я принялся за организацию остатков "УПА". Мною было через 1 1/2 месяца организован отряд в 250 человек.

В конце июня 1944 г. линию фронта перешел Клим Савур, но мы с ним по дороге разминулись. Банду в 250 человек я передал "Чутке", а сам ушел в Брест-Литовск, взял с собой только личную охрану в 15 человек. В Брест-Литовске я встретился с "Орликом". От "Орлика" я ушел в Прибужанские районы, где я узнал, что "Голубенко" так же перешел линию фронта. С Голубенко мне не пришлось встретиться в этот период. Здесь же в Прибужанских р-нах я получил письмо от Савура, который прошел линию фронта и писал мне, чтобы я немедленно явился к нему. Я ушел к Савуру, но по дороге получил от него второе письмо, в котором он предписывал мне возврититься в Прибужанские р-ны и продолжать формирование "УПА".

В 11 час. 25 мин. пред-щий оглашает перерыв.

В 11 час. 35 мин. пред-щий объявляет судебное следстиве продолженным.

Подсудимый Стельмашук:

В сентябре м-це 1944 г. 11 числа связные Савуры вызвали меня к нему. Я назначил своим заместителем "Голубенко", так как "Вовчок" был убит, и ушел к Савуру. В Степанськом р-не я встретил "Дубового", который передал мне письмо Савуры. Савур мне писал, чтобы я все банды, которые насчитывали 1100 человек, передал "Дубовому", и сам с небольшой охраной пришел к Савуре. В это время я заболел и месяц болел дизентерией, по выздоровлению я встретился с Савуром в Клевани, где я получил назначение на должность командующего группой "УПА" "Завихост". Это было повышение, я работал хорошо и поэтому был назначен на должность командующего группой "УПА". Я после назначения возвращался со своими людьми в Камень-Коширск, но по дороге в Рафаловском р-не принял бой с частями Красной Армии. В этом бою погиб Голубенко, который был начальником штаба. На должность начальника штаба я назначил "Яворенко" с которым я и отпраил всю переписку и людей, а сам с 60 человеками возвратился в Камень-Каширск к "Дубовому". В это время в Володимирецких лесах, в с. Великие Луки было проведено совещание краевого актива, где присутсвовали - краевой проводник "Дубовой", я - его первый заместитель, организационный референт - Крылач, референт СБ - Петро. На этом совещании решался вопрос реорганизации "УПА" -назначение людей, распределение краев, план работы. Я, как командир соединения должен был перейти в подполье и готовиться к предстоящим боям. После совещания "Дубовой" поехал проверять Львовскую область. Я в это время должен был поехать на проверку Волынской, Пинской и Брест-Литовской областей. Проверкой мне не пришлось заняться, потому что 15 января 1945 г. заболел тифом, а 27 января 1945 г. быд задержан.

Задержали меня в Камень-Коширском р-не, во время задержания меня ранили. Я находился на излечении в госпитале, арестован 9 июня 1945 г.

Подсудимый Стельмашук на вопросы суда:

Переходя границу 16 июня 1941 г. я имел задание по линии "ОУН" от заместителя Бандеры - Стецько, а по линии диверсионной работы от начальника немецкой разведки. Когда мы были на границе, провожающие нас Стецько и начальник немецкой разведки сказали, что скоро начнется война между Германией и Советским Союзом. Перейдя границу я должен был связаться с областным проводником "ОУН" - "Закоштуем", от которого должен получить указание, вернее назначение, а по заданию немецкой разведки я должен был в первый день взорвать жд. полотно и стрелки в р-не Сарны. Перед тем как отправиться через границу нам выдали советские паспорта, я лично получил паспорт на имя Гриценки, но я им не пользовался, так как не было надобности.

Кроме этого нам выдали деньги, взрывчатку и пистолеты. В районе Синевицкая Вишня все бросили и оружие и взрывчатку, остался у меня только пистолет.

Я имел несколько кличек. Последние мои клички были "Рудый" и "Кайдаш". В "УПА" я был известен под кличкой "Рудый".

Стецько, давая мне указания при переходе границы говорил, что скоро начнется война между Германией и Советским Союзом. Он говорил, что немцы разобьют СССР, что обе стороны в ходе войны будут обессилены, а мы воспользуемся этим для создания "Самостийной Украины". Я должен сказать, что немцы в это время заигрывали к националистам, а националисты хотели вначале задобрить немцев, а потом прогнать их и создать свое государство. Я принадлежал к партии бандеровцев, а были еще и мельниковцы. Раскол в "ОУН" произошел в 1940 г., я был втянут в "ОУН" по бандеровской линии, поэтому я и работал с бандеровцами. В 1940 г. я ушел на немецкую территорию потому, что боялся репрессий со стороны Советской власти. Я границу переходил несколько раз и это никакой трудности не представляло, потому, что везде были свои люди, которые помогали перейти.

Я во многом не соглашался с политикой "ОУН", так например я был против уничтожения поляков, но я был за издание "Самостоятельной Украины" и был уверен в том, что "Самостоятельная Украина" будет создана. Я всегда был против Советской власти и она мне всегда казалась чем-то страшным. Сейчас я тоже не имел возможности видеть многое, но из бесед с Советскими людьми я убедился в том, что глубоко ошибался, но так как возвращения мне не было, то я решил идти до конца. При задержании хотели застрелить, но я просил, чтобы мне оставили жизнь с тем, чтобы я помог органам Советской власти расправиться с бандеровцами. Я осознал, что мы принесем людям только зло и что даже люди - западные украинцы, где зародилось "оуновское" движение недовольны нами.

Пред-щий спрашивает подсудимого, чем он имеет дополнить судебное следствие по делу.

Подсудимый Стельмашук: В дополнение я могу сказать, что при моей помощи был задержан Клим Савура, что я написал обращение к "УПА", где призывал сложить оружие. Много раз участвовал в облавах на бандеровцев.

Пред-щий объвляет судебное следствие по делу законченным и предоставляет последнее слово подсудимому.

Подсудимый Стельмащук:

"Просить я не имею права, дело мое ясное. Я сделал много непростительных преступлений. Прошу только учесть, что я родился и воспитался в обстановке, которая прививала ненависть к Советскому Союзу. Я работал в "ОУН" сознательно, я считал, что только "Самостоятельная Украина" принесет украинцам счастье.

Так же сознательно я говорю, что вся наша затея с созданием "Самостоятельной Украины" - бредня, но в этом не моя вина. Я никогда не боялся смерти, но когда меня хотели застрелить на поле боя, я просил оставить мне жизнь и только лишь для того, чтобы помочь своему народу выпутаться из этой тьмы, куда я и такие как я его завели. Люди не виноваты, им говорили - они делали. Я сам имел возможность застрелиться еще до того, как меня задержали, но я этого тоже не сделал, потому, что я знал, что чем скорее захватят руководителей "ОУН", тем раньше прекратятся муки народа.

В 12 час. 40 мин. суд удаляется на совещание для вынесения приговора.

В ІЗ час. 40 мин. пред-щий оглашает приговор и разъясняет его подсудимому.

В 13 час. 50 мин. судебное заседание по делу закрыто.

Пред-щий
Секретарь





ИМЕНЕМ СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК
ПРИГОВОР



1945 г. Августа 6 дня, Военный Трибунал Войск НКВД Киевской области в гор. Киеве в помещении военного трибунала в закрытом судебном заседании в составе:

Председательствующего Ст. лейт. юст. Баранковой
и членов: 1) Ещенко 2) Колесник
при секретаре: Сламчинской

без участи прокурора и защитника

Рассмотрев дело по обвинению гр. СССР Стельмашук Юрия Александровича, 1920 года рождения, уроженца с. Коршев, Санкевичовского района, Волынской обл., происходящего из крестьян-середняков, украинца, беспартийного, со средним образованием, холостого, родители в 1941 году репрессированы органами Советской власти, не судимого, в преступлении предусмотренном ст. ст. 54-1 "а" и 54-11 УК УССР установил:

Подсудимый Стельмащук, проживая на территории Западной Украины и будучи враждебно настроенным к Советськой власти, в январе месяце 1940 года изменил родине -перешел через границу в Польшу, оккупированную немцами. Проживая на территории Польши в мае месяце 1940 года Стельмащук вступил в антисоветскую организацию украинско-немецких националистов. Весной 1941 года, как член этой организации, руководством ОУН был направлен в немецкую военную школу по подготовке оуновских кадров командного состава. После окончания школы, был направлен на курсы разведчиков-диверсантов. По окончании указанных курсов, Стельмащук получив указание от заместителя руководителя ОУН - Бандеры, и немецкой разведки, 16 июня 1941 года немцами был переброшен на Советскую территорию, с диверсионными заданиями и проведения работы ОУН. Оказавшись на Советской территории, оккупированной немцами, Стельмащук установил связь во Львове с проводником ОУН - "Лебедь". Последним был назначен Областным референтом молодежи "ОУН" так называемой "Сич". С февраля месяца 1942 года по март 1943 год был военным референтом Луцкой области а позднее Ковельского округа. С февраля месяца 1943 года Стельмащук начал организацию банд "УПА", для вооруженной борьбы против Советской власти.

Будучи главарем банд УПА, по заданию руководства УПА 29 и 30 августа 1943 года отрядами бандитов на территории Волынской области истребил 5 тысяч польского населения. Весь скот, ценные вещи и продукты питания принадлежащие расстрелянным забирали для банд, а постройки и др. имущество сжигали. В марте месяце 1944 года Стельмащук, с личной охраной бандитов 30 человек и сотней перешел через линию фронта в тыл Красной Армии, с целью организации банд УПА для борьбы с Красной Армией. В ноябре месяце 1944 года за активную деятельность в УПА был назначен "командующим" соединением групы УПА под названием "Завихост", которое оперировало на территории Ровенской и Волынской областей.

Стельмащук во главе подчиненных ему банд УПА, неоднократно принимал участие в боях с подразделениями Красной Армии и советскими партизанскими отрядами соединения дважды героя Советского Союза Федорова. Стельмащук оперировал в Ровенской и Волынской областях под кличками "Рудой" и "Кайдаш".

В январе месяце 1945 года Стельмащук был задержан.

На основании...(два последующих слова невозможно прочитать) Военный трибунал признал виновным Стельмащук по ст. 54-1 "а" и 54-11 УК УССР.

Учитывая тяжесть совершенного им преступления Военный трибунал руководствуясь ст. ст. 296, 297 УПК УССР

приговорил:

Стельмащук Юрия Алексндровича. на основании ст. 54-1 "а" УК УСРР подвергнуть высшей мере наказания - расстрелять, без конфискации имущества за отсуствием такого у посудимого. Приговор кассационному обжалованию не подлежит.

Пред-щий
Члены
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments