Олег Росов (![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} novoross_73) wrote,@ 2009-11-09 14:08:00 |
|
Охота на "Волка". ч.2
Ну, прежде всего, с очередным запозданием пропиаримся. Опубликована следующая часть нашей с тов.nazar_rus работы "Борьба органов ГБ с ОУН в 1939 - 1941 гг."
http://www.2000.net.ua/f/64976.
Как всегда, искрення признательность за помощь тов.szturman.
Судя по всему, пластинка долгоигающая, (учитывая ещё статью 44-45),видимо, растянется до Нового Года :)
Ладно, ну а мы пойдём дальше.
Охота на "Волка". Ликвидация Романа Шухевича. часть 2.
Авторы novoross_73, nazar_rus .
2-го октября 1944 года НКГБ УССР было заведено централизованное агентурное дело на членов Центрального Провода ОУН под кодовым наименованием « Берлога».
Совершенно секретно
«УТВЕРЖДАЮ»
Народный комиссар Государственной Безопасности Комиссар Государственной Безопасности 3 ранга Савченко
«12»ПСТАНОВЛЕНИЕ (о заведении агентурного дела)
г. Львов, 11 ноября 1944 г.
Я, Начальник 5 отдела 2 Управления НКГБ УССР - майор государственной безопасности т. Хает, рассмотрев агентурные, следственные и документальные материалы НКГБ УССР и УНКГБ западных областей Украины, в отношении членов бандеровского Центрального «Провода» ОУН, проводящих на нашей территории активную бандитско-террористическую и шпионско-диверсионную работу,
НАШЕЛ:
Что члены бандеровского Центрального «Провода» ОУН, командующие бандформированиями УПА - Шухевич, Клячковский, Кисель, Волошин, Луцкий и другие, находятся на нашей территории и руководят деятельностью краевых и областных «Проводов» ОУН, а также бандформированиями УПА.
В целях полного вскрытия деятельности членов бандеровского Центрального «Провода» ОУН, руководимых ими краевых и областных «Проводов», а также бандформирований УПА и их оперативной ликвидации
ПОСТАНОВИЛ:
Завести централизованное агентурное дело на членов бандеровского Центрального «Провода» ОУН под кличкой «Берлога», зарегистрировав его в учетном отделении 2-го Управления НКГБ УССР и в отделе «А» НКГБ УССР.
Начальник 5 отдела 2 Управления НКГБ УССР
Майор госбезопасности (Хает)
Согласны:
Начальник следственной части НКГБ УССР
Полковник госбезопасности (Павловский)
Вр[еменно] зам[ещающий] нач. 4 Управления НКГБ УССР
Подполковник госбезопасности (Карин)
(ГА СБУ, ф. 65, д. С-9079, т.1, л. 1.)
Дело Р.Шухевича было выделено в отдельный формуляр, и 31 октября на него в рамках «Берлоги» было заведено розыскное дело под кличкой «Волк».
За истекший период информация о ликвидации Шухевича поступала в МГБ неоднократно.
Так, к примеру, срецгруппа, сформированная из бывших участников ОУН-УПА, под руководством агента НКГБ УССР «Твердого» докладывала:
«После того, как был убит «Клим Савур» (февраль 1945 г.), занимавший положение руководителя северо-западного краевого провода ОУН (в который входят Волынская и Ровенская области, а также Полесье Белоруссии) и командующего УПА, на его место был назначен «Чупрынка». До этого «Чупрынка» являлся референтом СБ краевого провода.
7 декабря с. г. в Торчинский райотдел НКВД явился с повинной бандит «Черный», который на допросе сообщил, что он продолжительное время находился в личной охране «Чупрынки».
«Черный» также показал, что «Чупрынка» скрывается в селе Романово Теремновского района Волынской области.
«Черный» был завербован и влит в спецгруппу, руководимую агентом «Твердый», состоявшую из 7 человек. В эту группу был влит также оперуполномоченный Волынского УНКВД Берестнев. Группе была поставлена задача разыскать место убежища «Чупрынки» и ликвидировать его.
По указаниям «Черного» группа явилась в село Романово к гр-ке Панасюк, легендируя представителями Луцкого окружного провода ОУН. Панасюк, будучи убеждена, что она говорит с бандитами, согласилась связать нашу спецгруппу с тремя представителями ОУН, укрывавшимися в схроне ее дома.
Панасюк, спустившись в схрон, сразу была там расстреляна скрывавшимися бандитами, после чего бандиты, выбросив 6 гранат и открыв огонь, пытались пробраться через спецгруппу, но ответным огнем были убиты.
Убитыми оказались: «Чупрынка», референт СБ краевого провода «Модест» и следователь краевого СБ, псевдоним которого не установлен. Государственный Архив Российской Федерации, далее ГА РФ, Ф. Р-9401, Оп. 2, Д. 102, Л. 108, 109.
Однако эта информация оказалась ошибочной.
В октябре 1944 г. заместителем наркома внутренних дел УССР Т.А.Строкачем начальникам областных и районних Управлений НКВД была разослана ориентировка, в которых давалось описание внешности Р.Шухевича:
«При этом направляю " " экз. фотокарточек проводника ОУН, он же главнокомандующий УПА — ШУХЕВИЧА Романа ...
Скрывается с небольшой группой (5—7 чел.) личной охраны, в том числе одна — две женщины, в сельских местностях, в хорошо оборудованных убежищах.
УСТАНОВОЧНЫЕ ДАННЫЕ — 42 лет, уроженец г. Львова, из семьи адвоката, с высшим образованием, живет по паспорту, выданному отделением милиции г. Львова на имя ОРЛОВИЧ Максима Степановича, имеет при себе сына лет 13—15.
ПРИМЕТЫ — среднего роста, лицо худощавое, конусообразное, продолговатое, блондин, глаза светлые, волосы рыжеватые, волнистые, короткие, зачесывает назад, нос длинный, острый, уши большие, оттопыренные, обычно одет в гражданскую одежду, маскируясь под местного жителя. Прошу разослать по 1 экз. фотокарточек в каждый райотдел НКВД для принятия активных мер к розыску и задержанию ШУХЕВИЧА как особо важного государственного преступника.
О получении хотя бы малейших данных о месте нахождения ШУХЕВИЧА, немедленно сообщать в УББ НКВД УССР».
ГА СБУ, Д. С-9079, Т. З, Л. 31—32.
Невзирая на неудачу c применением спецгрупп, розыск Романа Шухевича органами НКВД-НКГБ УССР продолжался. Так, в Москву в сентябре 1945 году поступило сообщение, в котором украинские чекисты детально информировали вышестоящее руководство о результатах операции по розыску Р.Шухевича.
СОВЕРШЕННО CЕKPЕTHO
35/1/1017 от З.ІХ-45 г.
ноября 5
ЗАМ. НАЧАЛЬНИКА ГУББ НКВД СССР
ГЕНЕРАЛ-МАЙОРУ тов. ПРОШИНУ
гор. Москва
В отношении местопребывания руководителя центрального провода ОУН — РОМАНА ШУХЕВИЧА, имевшего оуновские клички "ТУР", "ШУХ", "ТУЧА", "ЧЕРНЕЦ", "ТАРАС ЧУПРИНКА", "СТЕПАН", "БЕЛЫЙ" и "КАРПО" за период 1944—45 годы располагаем следующими данными:
В конце 1942 и начале 1943 года ШУХЕВИЧ исполнял обязанности войскового референта центрального провода ОУН, вследствие чего входил в состав провода ОУН.
С апреля 1943 года, после снятия "Максима Рубана" с поста руководителя Ц. П. ОУН и введения как руководящего органа, "Бюро Провода" ОУН, ШУХЕВИЧ был избран в состав "Бюро провода" как его руководитель.
В конце 1943 года, после реорганизации УНС ("Украинской народной самообороны") в УПА и на базе УРС создания группы УПА — "Запад", а при Ц.П. главного штаба УПА, который осуществлял руководство обеими группами УПА, ШУХЕВИЧ, как руководитель Ц .П., стал главнокомандующим всей УПА (в Галиции — группа "Запад" и на Волыни — группа "Завихост") под кличкой "Тараса Чупринки".
Являясь руководителем Ц.П. ОУН и главнокомандующим обеих групп УПА, ШУХЕВИЧ все время находился и находится в Западной Украине, с местом дислокации Тернопольская, Львовская и Дрогобычская области.
Данные о его пребывании на территории Западной Украины, в указанных выше областях, подтверждаются показаниями бандитов из его личной охраны, захваченных во время операций.
Так, например:
Участник охранной боевки ШУХЕВИЧА, бандит по кличке "ЧАД", захваченный нами в средних числах сентября 1945 года в Бережанском районе, Тернопольской области, на допросе показал:
"В конце 1945 года "БЕЛЫЙ" проживал в схроне, находившемся в лесу близ сел Ольховец и Лопушно, Бобркского района, Львовской области.
С января по май 1945 г. находился в с. Августовка, Козовского района, Тернопольской области.
В мае—июле месяцах с. г. "БЕЛЫЙ" проживал в с. Заболо-товка, Ягольницкого района, а с 1 августа 1945 года находился в с. Рай, Бережанского района, Тернопольской области.
Показания "ЧАДА" подтверждает бандит по кличке "АРТЕМ", бывший руководитель охранной боевки ШУХЕВИЧА,. который в течение двух лет безотлучно находился при нем, и его личная связная, по кличке "НАТАЛКА" — РЫМЫК Мария Марковна, осуществлявшая связь "БЕЛОГО" с членами Ц.П. — "КУРГАНОМ", он же "ТАРАС" и референтом связи Ц.П. — "БЫСТРОЗОРЫЙ", он же "БОБРИН".
Кроме "НАТАЛИ", "БЕЛЫЙ" имел у себя еще 4 связных, по кличкам — "Ксеня", "Анна", "Месть" и "Маруся". Однако изэтих связных на свободе осталось только две — "Ксеня" и "Анна", которые в начале августа 1945 г. ушли по заданию "Белого" и ко дню обнаружения места укрытия "БЕЛОГО" обратно не вернулись. Связная "Месть" убита при операции, а "Маруся" арестована.
Находясь на территории западных областей Украины, "БЕЛЫЙ" имел при себе личную охрану, состоящую из 10 бандитов, которые неотступно сопровождали его при передвижениях и охраняли на местах стоянок.
В марте месяце с. г. из участников его охранной боевки — "МЫКОЛА" и "ЮРКО" ушли по его заданию и обратно не вернулись, "СЛАВКО" и "РЫБАК" убиты во время операции, "АРТЕМ" и "ЧАД" нами арестованы, а "БЫСТРЫЙ", "БОРИС" и "ВАСЮТА" в мае месяце 1945 г. были посланы "БЕЛЫМ" в с. Клешувка, Рогатинского района, для рытья запасного схрона и до дня проведения операции к "БЕЛОМУ" не вернулись.
Таким образом, операцией, проведенной в сентябре 1945 г. почти полностью ликвидирована личная охрана "БЕЛОГО" и порваны каналы связи, через которые он связывался с членами Ц.П., оставшимися на территории и осуществлял руководство организацией.
По предложению "ЧАДА", "БЕЛЫЙ", оставшись без личной охраны и связных, должен скрываться у "ШЕЛЕСТА" или "ЭМА", которые находятся вблизи Бережанского р-на, Тернопольской области.
Свои предположения "ЧАД" основывает на том, что "БЕЛЫЙ", лишившись связных, охраны и места укрытия, несомненно "ЗЕЛЕНЫМ" и "ЮЛЬКО", из охранной боевки "ШЕЛЕСТА", которые неоднократно сопровождали "ШЕЛЕСТА" к "БЕЛОМУ" и наоборот, уведен к месту нахождения "ШЕЛЕСТА", где он, по-видимому, и находится до восстановления связи с членами центрального провода ОУН, подбора связных и личной охраны, после чего перешел в Рогатинский район и скрывается в схронах, вырытых для него бандитами из личной охраны, посланными им в мае 1945 года.
Поэтому данные НКГБ СССР, изложенные Вами в ориентировке в отношении пребывания ШУХЕВИЧА за кордоном,
не отвечают действительности.
ЗАМЕСТИТЕЛЬ НАЧАЛЬНИКА УПРАВЛЕНИЯ НКВД УССР
ПО ББ ПОДПОЛКОВНИК ЗАДОЯ
(ГА СБУ, Д. С-9079, Т. З, Л. 146—149.)
В ноябре 1945 года органами госбезопасности была арестована жена Романа Шухевича Наталья Березинская.
На допросе 12 ноября 1945 года, она, в частности, дала следующие показания:
ВОПРОС: Вы напрасно стараетесь скрыть свою связь с Романом ШУХЕВИЧЕМ и получение от него материальной помощи.
Следствию точно известно, что, начиная с июня м-ца 1944 г., вы через ЛЕВИЦКУЮ Марию непосредственно сами поддерживали связь с Романом ШУХЕВИЧЕМ, получали от него материальную помощь и встречались лично.
Вы это подтверждаете?
…
ОТВЕТ: Боясь ответственности перед советской властью за связь с ШУХЕВИЧЕМ, я на протяжении всего следствия давала неправдивые показания.
Убедившись, что дальнейшее скрытие своих преступных действий усугубляет мое положение, я буду теперь рассказывать только правду.
Прежде всего, я должна заявить, что со своим мужем — Романом ШУХЕВИЧЕМ поддерживала связь до дня своего ареста, т. е. до июля 1945 г. через связных, приходивших от него в село Бусовиска Старосамборского района Дрогобычской области.
Кроме того, я лично встречалась с ШУХЕВИЧЕМ и до дня ареста систематически получала от него материальную помощь в форме денег и продуктов питания. О способах связи, местах встреч и лицах, способствовавших в этом, я расскажу теперь подробно.
До мая 1941 г. я вместе с ШУХЕВИЧЕМ проживала в гор. Кракове, по ул. Зеленой № 22 и существовала на его деньги.
Где работал в то время ШУХЕВИЧ, и чем он занимался, я не знаю. Однако догадываюсь, что он продолжал работать в ОУН, хотя на мои вопросы всегда отвечал, чтобы я не вмешивалась в его личные дела. Дома он бывал очень редко, часто выезжал куда-то на периферию, по видимому, по делам организации.
В мае 1941 г. ШУХЕВИЧ уехал в Германию для прохождения военной подготовки и с тех пор до января 1942 г. я с ним не встречалась.
После оккупации немцами гор. Львова я возвратилась из Кракова в г. Львов и через местную городскую управу получила квартиру по ул. Миахальского № 11-а, кв. 9, где и проживала вместе с детьми и матерью, существуя на средства, получаемые от мужа и вырученные от продажи домашних вещей.
От знакомых во Львове я узнала, что в момент оккупации ШУХЕВИЧ командовал украинским легионом, был в чине капитана немецкой армии, проходил через Львов и находится где-то на Украине.
Осенью 1941 г. ШУХЕВИЧ с легионом возвратился во Львов, побыл непродолжительное время дома, а затем по приказу немецкого командования выехал в Берлин на 7-ми месячные курсы.
Возвратившись с курсов, ШУХЕВИЧ во главе своего легиона был направлен немцами в Белоруссию для борьбы с советскими партизанами.
Осенью 1942 г. ШУХЕВИЧ приезжал в отпуск в гор. Львов, пробыл непродолжительное время дома и выехал в Белоруссию, а в начале 1943 г. возвратился с легионом в г. Львов.
П
о неизвестной для меня причине немцы расформировали украинский легион, разоружили его участников и приказали офицерскому составу перейти в распоряжение немецкого командования…
За все это время муж неоднократно давал мне деньги сам, а когда я продолжительное время с ним не встречалась, тогда мне деньги приносила ЛЕВИЦКАЯ Мария. Где она встречалась с мужем, я не знаю…
В ноябре м-це 1944 г. в с. Бусовиско прибыла ЛЕВИЦКАЯ Мария, привезла мне 3.000 рублей денег и передала привет и поздравления от мужа …
В декабре месяце ЛЕВИЦКАЯ снова приехала ко мне и сообщила, что муж просил передать через нее теплое белье и зимнюю одежду. При этом ЛЕВИЦКАЯ передала мне записку от мужа ШУХЕВИЧА, в которой было написано приехать за продуктами вместе с ЛЕВИЦКОЙ…
В доме, куда привела меня Мария, никто не проживал. В одной из комнат размещалась какая-то кухня, где две девушки готовили пищу. Вечером на эту квартиру явился Роман, вооруженный пистолетом и автоматом, в сопровождении 5 или 6-ти человек также вооруженных, которые охраняли дом во время нашей беседы…
На другой день ЛЕВИЦКАЯ снова прибыла ко мне на пароконной подводе, нагруженной различными продуктами питания, как-то: муки 3 мешка. 4—5 кг меда, свиная туша и еще что-то, не помню. Вместе с ней мы возвратились в с. Бусовиско, откуда ЛЕВИЦКАЯ направилась в гор. Львов, оставив в мое пользование повозку и лошади.
В марте 1945 г. ЛЕВИЦКАЯ приехала ко мне в село Билычи, куда я переехала на жительство, вместе с подругой, которую называла Ириной. При этом ЛЕВИЦКАЯ привезла мне 7.000 рублей денег от Романа и один литр вина.
В разговоре ЛЕВИЦКАЯ сообщила по секрету от Ирины, что она больше ко мне приезжать не будет, т. к. учится и не имеет время, а вместо нее я буду поддерживать связь с Романом через Ирину, причем предупредила, чтобы я рекомендовала себя Ирине — БЕРЕЗИНСКОЙ и никогда не упоминала фамилию ШУХЕВИЧ. С чем была связана эта предосторожность, я не знаю.
Ирина расспрашивала, имею ли я документы и узнав, что я документов не имею, пообещала на следующий раз привезти мне паспорт на имя БЕРЕЗИНСКОЙ, получив у меня две фотокарточки.
После отъезда ЛЕВИЦКОЙ Марии и Ирины ко мне никто больше от Романа не приезжал до момента ареста…
ВОПРОС: На предыдущих допросах Вы показали, что, не желая дальше проживать с ШУХЕВИЧЕМ, в 1943 г. взяли с ним официальный развод. Из показаний, изложенных Вами сегодня, видно, что не только не прекращали связи с ШУХЕВИЧЕМ после развода, а продолжали с ним встречаться и находились на его иждивении до дня ареста. Объясните, с какой целью вы разводились с ШУХЕВИЧЕМ, и имело ли это место в действительности.
ОТВЕТ: Факт развода с ШУХЕВИЧЕМ Романом имел действительно место. Убедившись еще в период оккупации, что за националистическую деятельность мужа я буду подвергаться репрессиям, я решила развестись, чтобы не носить его фамилию, но по существу, это не имело никакого значения, т. к. и до развода мы почти все время жили врозь. Когда я рассказала об этом ШУХЕВИЧУ, он отнесся к моему сообщению безразлично.
ВОПРОС: Какое положение в ОУН занимает ваш муж — ШУХЕВИЧ Роман?
ОТВЕТ: Какое он занимает положение, я лично не знаю, т. к. сама участницей ОУН не являюсь, а о своей роли в ОУН ШУХЕВИЧ мне никогда не рассказывал…»
(ГА СБУ, Львов, Д.-П-3304, Т. З, Л. 64—72.)
Вновь информация о ликвидации Романа Шухевича поступила в НКВД УССР в 1946 г. от майора А.М.Соколова, руководящего опять же спецгруппой, сформированной им из завербованных боевиков ОУН-УПА:
«В это время Бережанским РО была задержана связная "Наталка", которая на допросе показала, что она связная областного проводника ОУН "Нестера", она пыталась убежать из КПЗ — пристрелила из пистолета милиционера, ее охраняющего, и, как видно из информации, фигура была интересная.
Я вместе с подполковником т. МАТВЕЕВЫМ — выехали в Бережаны ее посмотреть. Когда мы приехали в Бережани, то ее допрашивали сотрудники ОББ НКВД УССР подполковник КАГАНОВИЧ. Она так ставила свои показания, что по ним никаких оперативных мероприятий провести было нельзя. Ясно было, что она все равно врала, скрывая что-то крупное.
Я свое мнение сказал т. МАТВЕЕВУ, который со мною согласился, и мы решили ее взять в Чертков. На допросе в Черткове она тоже существенного ничего не показала, т. САРАЕВ мне приказал ее забрать в спецгруппу и взять с собой в Бережаны, найти возможности заставить ее признаться и реализовать данные, которые она нам дает при допросе.
Я решил с ней сделать так, по прибытии в Бережаны сделать видимость ее вербовки, дать ей задание убить "Нестера", я был уверен, что она будет бежать, и в то время когда она будет бежать от нас, задержать ее под видом "СБ" и допрашивать как сиксотку —другого с ней сделать было нельзя.
По дороге в Бережаны мы ее везли так, что она не видала всей группы, обращение с ней было хорошее, в Бережанах я оформил ее вербовку, дал задание убить "Нестера", дал ей пистолет с отломанным бойком и отправил выполнять задание.
Она указывала, что она встречалась с боевиками "Нестера" в селе Бышках в одной хате, откуда боевики вели ее к "Нестеру" в лес, по договоренности с ком. 229 ОСБ село было окружено ротой.
ГОРОДЕЦКИЙ со своим отделением ждал ее в селе, ПОТАШНИК подвез ее к Бышкам и пустил в село. Как я предполагал, так оно и получилось — "Наталка" побыла в хате несколько минут, вышла через заднюю дверь, спряталась в кукурузе, что все видел ГОРОДЕЦКИЙ, который дав ей посидеть в кукурузе некоторое время, как бы случайно ее задержал, обнаружил у нее пистолет и сразу же ее объявил сиксоткой.
Та ему сказала, что она курьер центрального проводника ОУН — и ей необходимо как можно скорее с ним увидеться, так как она была арестована НКВД, просрочила два срока явки и у нее остался один срок, и если она его просрочит, то ей будет очень трудно связаться [со] своим проводником.
ГОРОДЕЦКИЙ ей говорил, что она все врет, он ей завязал глаза, привез ее в Бережаны, где в сарае ее уже допросили как "СБ", [и] она рассказала, что она знает схрон в селе Августовка, в котором сидят охранники центрального проводника "Белого"(ещё одна организационная кличка Р.Шухевича – авт.), с ними она встречается и потом они ее ведут к "Белому", как раз через день подходил последний срок ее явки в этот схрон. ЛЮЛЮК, который допрашивал ее, [и ее] показания записал, сказал, что поведет к проводнику, а привел ее ко мне. Она и мне подтвердила, что рассказывала ЛЮЛЮКУ. Мы сразу же с ротой бойцов выехали на операцию в село Августовку, где в доме КОГУТА Петра — эта квартира содержателя схрона центрального проводника - "Наталка" нам указала хорошо замаскированный схрон, в которм сидели два боевика "Белого", "Рыбак" и "Чад".
Мы разрыли схрон "Чада", [и его] удалось вытащить живым, "Рыбак" застрелился. В схроне мы обнаружили библиотеку, пишущую машинку, 7 м. единиц оружия и много разных вещей, принадлежащих "Белому" и его охране.
"Чад" нам рассказал, что около Бережан недалеко от села Рай в схроне в двойной крыше должен быть "Белый", [и] мы немедленно выехали на машине комбата, но в этом схроне "Белого" не было, там был его адъютант "Артем" и окружная проводница ЛЕГЕТА — "АРТЕМ" застрелил ЛЕГЕТУ, поджег хату, хотел бежать, но я его подстрелил в ногу из винтовки и он был взят живым.
ЛЕГЕТА сгорела, в хате погорело много документов и большая сумма денег. "Артем" ничего существенного на допросе не дал. По данным "Чада", которого я оставил в спецгруппе, мы вскрыли еще три схрона центрального провода ОУН — людей в них не задержали, но нашли станковый пулемет "Максима", много литературы, переписки.
Причем два схрона [находились] на территории Станиславской и Львовской области».
(ГА РФ, Ф. Р-9478, оп. 1, д. 487, л 212-223.)
Характерно, что Наталью Шухевич-Березинскую советские спецслужбы также «протестировали» через специальную группу МГБ УССР, сформированную из бывших членов УПА. В июле её, якобы, отбили «повстанцы», и пока сотрудники МГБ «истекали» запрятанной под форму куриной кровью возле машины, на которой перевозили Наталью, «бандоуновка едко смеялась, держась за трупы убитых». Её провели по легендированным связям, от бункера до бункера. Однако никаких существенных данных о местопребывании её мужа Романа Шухевича она не дала. В итоге вскоре она была вновь «отбита» у «повстанцев».
(Д.Вєденєєв, Г.Биструхін, «Повстанська розвідка діє точно і відважно», К: 2006, стор. 104-105.)
Очередная агентурная информация о Шухевиче поступила 13 августа 1946 года. И вновь она оказалась настолько красноречивой, что мы позволим себе процитировать обширный фрагмент из этого донесения агента советских органов гос. безопасности:
«СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.
13 августа 1946 года.
Объект — ШУХЕВИЧ
[...]
Принял — АЛЕКСЕЕВ
11 августа с. г. я встретился с Т. В. ШУХЕВИЧЕМ (Тарас Шухевич, дядя Романа – прим. авт.) и его женой, рассказавшие мне, что за пару дней до этого они получили известие о том, что мать Романа ШУХЕВИЧА осуждена на 3 года высылки на Восток. Этот приговор они считают легким, так как ожидали, что ее осудят на более тяжкое и длительное тюремное заключение. Вместе с тем, они находят, что преследование ее вообще несправедливо, так как мать не может отвечать за действия своего сына. Другие говорили мне, что мать Р. Шухевича глубоко несчастный человек. Она вышла замуж за сифилитика ШУХЕВИЧА, всю жизнь мучилась, будучи его женой, а теперь отвечает за своего дегенеративного сына Романа, который еще с детства проявлял наклонности садиста. Это говорили мне СТЕПАНИВ и ПАНЬКИВ". [...]
НАЧАЛЬНИК 2 ОТДЕЛА УМГБ ЛЬВОВСКОЙ ОБЛ.
ПОДПОЛКОВНИК Алексеев
(ГА СБУ, ф.65, д.18756, т.1, л. 279—279 обр.)
С октября 1946 г. Шухевич скрывался в специально подготовленном для него доме в с.Княгиничи. Схрон был зашифрован под кодовым названием «Короленко».
21 сентября 1947 года сотрудниками МГБ УССР была арестована член ОУН Зарицкая Екатерина Мироновна (организационная кличка «Монета», «Маня»), жена члена ОУН Михаила Сороки и личная связная Р.Шухевича. Во время задержания она оказала сопротивление и застрелила одного из оперативных работников МГБ.
А теперь приведём фрагмент об этих событиях из воспоминаний Любомира Полюги, который, будучи студентом медицинского института во Львове, вступил в фиктивный брак с одной из связных Шухевича и, проживая вместе с последним, Зарицкой и прочими связными «Чупрынки», и числясь фельдшером в Княгиничах, обеспечивал прикрытие Шухевича на протяжении этого периода.
«День двадцять першого вересня наближався. Ніхто не передчував катастрофи, хоча ми завжди були готові до всього. Кожного дня наполегливо працювали провідник і "Маня", а ми з "Марійкою" читали статті, вивчали англійську мову, але це у вільні хвилини, яких було небагато. Незабаром я мав отримати зі Львова медичну літературу.
Свято Матері Божої. Гарний осінній ранок двадцять першого вересня 1947 року. "Маня" швидко поснідала і сказала, що повернеться після обіду. Перевірила пістоль, який вона носила на поясі спереду під спідницею, і вийшла.
Не знаю, чи в нас був неспокій, тільки пам'ятаю, що провідник був якийсь інакший в цей день. Десь поділася його усмішка, він весь час ходив по кімнаті.
Після обіду з Ходорова повернулася дружина "Цьопця" і сказала що вранці вбили на станції якусь жінку і що там багато війська. -"Маня" пішла на зустріч у Ходорів до Феника, - сказав провідник і сів у крісло. У хаті всі замовкли...
Терміново пішла в розвідку "Марійка". А ввечері вона принесла тяжку звістку. "Маня" йшла із зв'язковою. Двоє у цивільному вхопили її за руки ззаду і так повели її в будинок НКВД. При вході у браму їй відпустили руки. У цю мить вона вихопила пістоль і вистрілила по охоронцях. Вона втікала, за нею гналися, стріляли. Вбили її на станції. У "Мані" компрометуючих документів на хату не було, тому загрози швидкого "впадення" її не виникало. Провідник все одно повинен негайно залишити хату. До ночі залишилося небагато. Він швидко зібрав необхідні речі. Тепер мені одному доведеться іти в його охороні. ...
Біля вікна провідник ще раз глянув на хату: - Усі особисті речі "Мані" передайте у Львів. Будьте обережні, виконуйте розпорядження. За нами тільки зашелестіло листя кукурудзи. Ми обережно зійшли до ставу і глибоко в очереті просиділи до повної темряви. ...
Я йшов попереду провідника. Зброя відбезпечена. Окрім пістоля, в мене ще й граната....»
(Полюга Л. Шляхами спогадів 1944 - 1956/Заг. ред. Дашкевича Я. / HAH України. Інститут української археографії та джерелознавства ім. М. С. Грушевського. -Львів-Київ, 2003. - С. 56- 74)
Однако, в мемуары Л.Полюги вкралась весьма существенная неточность: Зарицкая не погибла, и, невзирая на оказанное сопротивление, чекистам всё же удалось задержать её живой. А вскоре был арестован и сам Л.Полюга.
И вновь обратимся к документам.
СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО
ВЫПИСКА
из отчетного доклада о результатах борьбы с националистическим подпольем и его вооруженными бандами на территории Украинской ССР
За ноябрь месяц 1947 года.
О ПРОВОДИМЫХ МЕРОПРИЯТИЯХ ПО РОЗЫСКУ ЧЛЕНОВ т. н. ЦЕНТРАЛЬНОГО "ПРОВОДА" ОУН" И РАЗРАБОТКЕ ИХ ДЕЛОВЫХ И РОДСТВЕННЫХ СВЯЗЕЙ.
По розыску "ТУРА" — ШУХЕВИЧА Романа.
В ходе проводимых в отчетном месяце с. г. агентурно-оперативных мероприятий по розыску руководителя подполья ОУН на т. н. украинских землях — ШУХЕВИЧА Романа, по кличке "ТУР", и разработке его деловых связей добыты следующие данные:
ШУХЕВИЧ продолжительное время (1946—47 гг.) скрывался на территории Рогатинского района Станиславской области и Ходоровского, Стрыйского районов Дрогобычской области.
...
В настоящее время, как нами установлено, функции личных связных ШУХЕВИЧА продолжают выполнять ДИДЫК Галина, кличка "АННА", и КУЗИМОВИЧ Мария, по кличке "МАРТА".
Обе они находятся на нелегальном положении, но, имея фиктивные документы, свободно разъезжают по различным городам и районам, выполняя специальные задания ШУХЕВИЧА.
Кроме того, "АННА", как самый доверенный его человек, занимается подготовкой мест укрытий в тех районах, где ШУХЕВИЧ должен останавливаться на длительный период, или для встречи с руководящим составом ОУН.
Для встречи с руководящим составом оуновского подполья ШУХЕВИЧ пользовался "мертвыми" пунктами связи, куда в обусловленные дни выходили его связные "АННА", "МАРТА" и находящийся при нем боевик "ДЕМИД" и др.
Известны три такие пункты:
1. гор. Рогатин Станиславской области, на базаре около одного из складов, куда в обусловленный день должна выходить девушка в черном платке с корзинкой в правой руке.
Связь по заранее обусловленному паролю.
2. Северо-Восточнее села Рудки Рогатинского района, по дороге, идущей из Рогатина на Перемышляны, с правой стороны на западной окраине леса, расположенного восточнее села Рудки.
В этом лесу ШУХЕВИЧ имел небольшой бункер, куда иногда заходил с прибывшими к нему людьми.
3. гор. Ходоров Дрогобычской области. Встреча со связным ШУХЕВИЧА обусловлена около аптеки.
Кроме перечисленных выше пунктов связи, в гор. Стрий Дрогобычской области, около церкви, "на ланах" ШУХЕВИЧ также имеет пункт для связи с руководителем референтуры пропаганды центрального "Провода" ОУН — "СЕВЕРОМ" через связную последнего "ДАРКУ".
За отчетный период агентурно-следственным путем получены также данные о том, что ШУХЕВИЧ имеет намерение в зиму 1947—48 гг. укрываться в одном из городов Дрогобычской области, и что в связи с этим отдано распоряжение подготовить ему соответствующий бункер.
Имеется предположение, что бункер для ШУХЕВИЧА должен быть приготовлен в гор. Стрий его личной связной "АННОЙ".
Учитывая намерение ШУХЕВИЧА зимовать в одном из городов Дрогобычской области и наличие известных нам пунктов связи, куда входят его личные связные "АННА", "МАРТА", "ДЕМИД", "ДАРКА" и другие, нами разработан и подготовлен к реализации план агентурно-оперативных мероприятий, предусматривающий выброску в районы вероятных мест укрытия ШУХЕВИЧА, в места появления его связных (гг. Стрий, Ходоров Дрогобычской области и Рогатин Станиславской области (двух рейдирующих агентурно-боевых групп, укомплектованных агентами, знающими в лицо, как ШУХЕВИЧА, так и его связных, с целью захвата последних и выхода через них на ШУХЕВИЧА.
[...]
ВЕРНО: Оп[еруполномоченный] 1 Отделения УПР 2-Н МГБ УССР
лейтенант Ивахно
(ГА СБУ, ф.65, д.С-9079, т.4, л. 235—247).
А теперь позволим себе процитировать небольшой фрагмент из показаний Е.Зарицкой в изложении сотрудников МГБ. Довольно пикантный…
«В августе 1947 года Зарицкая лично ездила в село Гримне с целью проверки — насколько подготовлена квартира и убедилась, что в квартире действительно можно проживать и организовать бункер.
В конце августа 1947 года ШУХЕВИЧ специально направил своих боевиков "ВЛАДКО" и "ЛЕВКО" в село Гримне, чтобы они изготовили ему бункер в этом доме.
Со слов ШУХЕВИЧА, Зарицкой известно, что если он не останется на зиму 1947—1948 гг. в селе Княгиничи, то поселится на зиму в с. Гримне, в противном случае, эту квартиру он предоставит руководителю референтуры пропаганды Главного "провода" ОУН "СЕВЕРУ" или руководителю Львовского краевого "провода" ОУН "ФЕДОРУ". На этой квартире рассчитывала укрываться и сама Зарицкая.
Зарицкая также показала, что ШУХЕВИЧ высказывал предположение, что зимой 1947—1948 гг. он будет укрываться в "краивке", которую ему подготовят в одном из городов, но где именно, он ей не сказал.
Как заявила Зарицкая, других мест укрытия ШУХЕВИЧА она не знает и считает, что к моменту ее ареста таковых у него не было…
Зарицкая созналась, что, проживая длительное время вместе с ШУХЕВИЧЕМ, она с начала 1945 года начала сожительствовать с ним».
(ГА СБУ, Ф. 65, Д. С-9079, Т. 5., Л. 71— 84.)
Как говорится, красиво жить не запретишь. И Роман Шухевич, отметим для себя, пользовался этим активно…
К слову, пишем мы об этом без всякого морализаторства. Вспомним библейское: «Пусть тот, кто без греха, первый бросит в меня камень». Отмечаем же мы эту деталь, чтобы показать Шухевича человеком, а не налакированной иконой, сделанной из него за последние годы.
Следующим местопребыванием Шухевича была конспиративная квартира в с.Гримное на Львовщине, куда он перешёл из Бибрецких лесов. Готовила её другая связная Шухевича Дарья Гусяк (кличка «Нюся»). Она, её мать и ещё одна связная Шухевича под кличкой «Марта» поселились в ней под видом переселенцев из Польши с поддельными, естественно, документами. Перешёл в неё со своими боевиками и Шухевич после катастрофы в Княгиничах. Однако, по иронии судьбы, и это место убежища прослужило ему недолго.
В начале 1948 г., пока Шухевич скрывался во Львове, в квартиру в Гримном внезапно явился с проверкой местный участковый и обнаружил двух вооружённых боевиков. Трудно сейчас сказать, была ли это планомерная операция или случайная проверка. Скорее всего, последнее. У одного из находившихся в помещении охранников Шухевича не выдержали нервы, и он наповал уложил из имеющегося оружия милиционера. Таким образом, и эту «квартиру» пришлось срочно менять. (В.Кук. «Генерал-хорунжий УПА Роман Шухевич», Львів: 2007 р., стор. 68-69).
Р. Шухевич же находился во Львове, в специально оборудованном для него убежище на Лычаковской горе, в Лисиничах, в доме Е.Яремковой-«Гайдамачки» по улице Кривой.
В этот период у него начались существенные проблемы со здоровьем. Были они у него и раньше, но именно на этот период пришлось обострение ревматизма, миокардит, гипертония и обусловленные вышеперечисленным «букетом» прочие симптомы.
И вновь позволим привести ещё одну подробность. И вот здесь без оценок уже никак не обойтись. Впрочем, каждый волен понимать и воспринимать их как хочет…
(дали буде).
Ну, прежде всего, с очередным запозданием пропиаримся. Опубликована следующая часть нашей с тов.
nazar_rus работы "Борьба органов ГБ с ОУН в 1939 - 1941 гг."http://www.2000.net.ua/f/64976.
Как всегда, искрення признательность за помощь тов.
szturman.Судя по всему, пластинка долгоигающая, (учитывая ещё статью 44-45),видимо, растянется до Нового Года :)
Ладно, ну а мы пойдём дальше.
novoross_73, nazar_rus2-го октября 1944 года НКГБ УССР было заведено централизованное агентурное дело на членов Центрального Провода ОУН под кодовым наименованием « Берлога».
Совершенно секретно
«УТВЕРЖДАЮ»
Народный комиссар Государственной Безопасности Комиссар Государственной Безопасности 3 ранга Савченко
«12»ПСТАНОВЛЕНИЕ (о заведении агентурного дела)
г. Львов, 11 ноября 1944 г.
Я, Начальник 5 отдела 2 Управления НКГБ УССР - майор государственной безопасности т. Хает, рассмотрев агентурные, следственные и документальные материалы НКГБ УССР и УНКГБ западных областей Украины, в отношении членов бандеровского Центрального «Провода» ОУН, проводящих на нашей территории активную бандитско-террористическую и шпионско-диверсионную работу,
НАШЕЛ:
Что члены бандеровского Центрального «Провода» ОУН, командующие бандформированиями УПА - Шухевич, Клячковский, Кисель, Волошин, Луцкий и другие, находятся на нашей территории и руководят деятельностью краевых и областных «Проводов» ОУН, а также бандформированиями УПА.
В целях полного вскрытия деятельности членов бандеровского Центрального «Провода» ОУН, руководимых ими краевых и областных «Проводов», а также бандформирований УПА и их оперативной ликвидации
ПОСТАНОВИЛ:
Завести централизованное агентурное дело на членов бандеровского Центрального «Провода» ОУН под кличкой «Берлога», зарегистрировав его в учетном отделении 2-го Управления НКГБ УССР и в отделе «А» НКГБ УССР.
Начальник 5 отдела 2 Управления НКГБ УССР
Майор госбезопасности (Хает)
Согласны:
Начальник следственной части НКГБ УССР
Полковник госбезопасности (Павловский)
Вр[еменно] зам[ещающий] нач. 4 Управления НКГБ УССР
Подполковник госбезопасности (Карин)
(ГА СБУ, ф. 65, д. С-9079, т.1, л. 1.)
Дело Р.Шухевича было выделено в отдельный формуляр, и 31 октября на него в рамках «Берлоги» было заведено розыскное дело под кличкой «Волк».
За истекший период информация о ликвидации Шухевича поступала в МГБ неоднократно.
Так, к примеру, срецгруппа, сформированная из бывших участников ОУН-УПА, под руководством агента НКГБ УССР «Твердого» докладывала:
«После того, как был убит «Клим Савур» (февраль 1945 г.), занимавший положение руководителя северо-западного краевого провода ОУН (в который входят Волынская и Ровенская области, а также Полесье Белоруссии) и командующего УПА, на его место был назначен «Чупрынка». До этого «Чупрынка» являлся референтом СБ краевого провода.
7 декабря с. г. в Торчинский райотдел НКВД явился с повинной бандит «Черный», который на допросе сообщил, что он продолжительное время находился в личной охране «Чупрынки».
«Черный» также показал, что «Чупрынка» скрывается в селе Романово Теремновского района Волынской области.
«Черный» был завербован и влит в спецгруппу, руководимую агентом «Твердый», состоявшую из 7 человек. В эту группу был влит также оперуполномоченный Волынского УНКВД Берестнев. Группе была поставлена задача разыскать место убежища «Чупрынки» и ликвидировать его.
По указаниям «Черного» группа явилась в село Романово к гр-ке Панасюк, легендируя представителями Луцкого окружного провода ОУН. Панасюк, будучи убеждена, что она говорит с бандитами, согласилась связать нашу спецгруппу с тремя представителями ОУН, укрывавшимися в схроне ее дома.
Панасюк, спустившись в схрон, сразу была там расстреляна скрывавшимися бандитами, после чего бандиты, выбросив 6 гранат и открыв огонь, пытались пробраться через спецгруппу, но ответным огнем были убиты.
Убитыми оказались: «Чупрынка», референт СБ краевого провода «Модест» и следователь краевого СБ, псевдоним которого не установлен. Государственный Архив Российской Федерации, далее ГА РФ, Ф. Р-9401, Оп. 2, Д. 102, Л. 108, 109.
Однако эта информация оказалась ошибочной.
В октябре 1944 г. заместителем наркома внутренних дел УССР Т.А.Строкачем начальникам областных и районних Управлений НКВД была разослана ориентировка, в которых давалось описание внешности Р.Шухевича:
«При этом направляю " " экз. фотокарточек проводника ОУН, он же главнокомандующий УПА — ШУХЕВИЧА Романа ...
Скрывается с небольшой группой (5—7 чел.) личной охраны, в том числе одна — две женщины, в сельских местностях, в хорошо оборудованных убежищах.
УСТАНОВОЧНЫЕ ДАННЫЕ — 42 лет, уроженец г. Львова, из семьи адвоката, с высшим образованием, живет по паспорту, выданному отделением милиции г. Львова на имя ОРЛОВИЧ Максима Степановича, имеет при себе сына лет 13—15.
ПРИМЕТЫ — среднего роста, лицо худощавое, конусообразное, продолговатое, блондин, глаза светлые, волосы рыжеватые, волнистые, короткие, зачесывает назад, нос длинный, острый, уши большие, оттопыренные, обычно одет в гражданскую одежду, маскируясь под местного жителя. Прошу разослать по 1 экз. фотокарточек в каждый райотдел НКВД для принятия активных мер к розыску и задержанию ШУХЕВИЧА как особо важного государственного преступника.
О получении хотя бы малейших данных о месте нахождения ШУХЕВИЧА, немедленно сообщать в УББ НКВД УССР».
ГА СБУ, Д. С-9079, Т. З, Л. 31—32.
Невзирая на неудачу c применением спецгрупп, розыск Романа Шухевича органами НКВД-НКГБ УССР продолжался. Так, в Москву в сентябре 1945 году поступило сообщение, в котором украинские чекисты детально информировали вышестоящее руководство о результатах операции по розыску Р.Шухевича.
СОВЕРШЕННО CЕKPЕTHO
35/1/1017 от З.ІХ-45 г.
ноября 5
ЗАМ. НАЧАЛЬНИКА ГУББ НКВД СССР
ГЕНЕРАЛ-МАЙОРУ тов. ПРОШИНУ
гор. Москва
В отношении местопребывания руководителя центрального провода ОУН — РОМАНА ШУХЕВИЧА, имевшего оуновские клички "ТУР", "ШУХ", "ТУЧА", "ЧЕРНЕЦ", "ТАРАС ЧУПРИНКА", "СТЕПАН", "БЕЛЫЙ" и "КАРПО" за период 1944—45 годы располагаем следующими данными:
В конце 1942 и начале 1943 года ШУХЕВИЧ исполнял обязанности войскового референта центрального провода ОУН, вследствие чего входил в состав провода ОУН.
С апреля 1943 года, после снятия "Максима Рубана" с поста руководителя Ц. П. ОУН и введения как руководящего органа, "Бюро Провода" ОУН, ШУХЕВИЧ был избран в состав "Бюро провода" как его руководитель.
В конце 1943 года, после реорганизации УНС ("Украинской народной самообороны") в УПА и на базе УРС создания группы УПА — "Запад", а при Ц.П. главного штаба УПА, который осуществлял руководство обеими группами УПА, ШУХЕВИЧ, как руководитель Ц .П., стал главнокомандующим всей УПА (в Галиции — группа "Запад" и на Волыни — группа "Завихост") под кличкой "Тараса Чупринки".
Являясь руководителем Ц.П. ОУН и главнокомандующим обеих групп УПА, ШУХЕВИЧ все время находился и находится в Западной Украине, с местом дислокации Тернопольская, Львовская и Дрогобычская области.
Данные о его пребывании на территории Западной Украины, в указанных выше областях, подтверждаются показаниями бандитов из его личной охраны, захваченных во время операций.
Так, например:
Участник охранной боевки ШУХЕВИЧА, бандит по кличке "ЧАД", захваченный нами в средних числах сентября 1945 года в Бережанском районе, Тернопольской области, на допросе показал:
"В конце 1945 года "БЕЛЫЙ" проживал в схроне, находившемся в лесу близ сел Ольховец и Лопушно, Бобркского района, Львовской области.
С января по май 1945 г. находился в с. Августовка, Козовского района, Тернопольской области.
В мае—июле месяцах с. г. "БЕЛЫЙ" проживал в с. Заболо-товка, Ягольницкого района, а с 1 августа 1945 года находился в с. Рай, Бережанского района, Тернопольской области.
Показания "ЧАДА" подтверждает бандит по кличке "АРТЕМ", бывший руководитель охранной боевки ШУХЕВИЧА,. который в течение двух лет безотлучно находился при нем, и его личная связная, по кличке "НАТАЛКА" — РЫМЫК Мария Марковна, осуществлявшая связь "БЕЛОГО" с членами Ц.П. — "КУРГАНОМ", он же "ТАРАС" и референтом связи Ц.П. — "БЫСТРОЗОРЫЙ", он же "БОБРИН".
Кроме "НАТАЛИ", "БЕЛЫЙ" имел у себя еще 4 связных, по кличкам — "Ксеня", "Анна", "Месть" и "Маруся". Однако изэтих связных на свободе осталось только две — "Ксеня" и "Анна", которые в начале августа 1945 г. ушли по заданию "Белого" и ко дню обнаружения места укрытия "БЕЛОГО" обратно не вернулись. Связная "Месть" убита при операции, а "Маруся" арестована.
Находясь на территории западных областей Украины, "БЕЛЫЙ" имел при себе личную охрану, состоящую из 10 бандитов, которые неотступно сопровождали его при передвижениях и охраняли на местах стоянок.
В марте месяце с. г. из участников его охранной боевки — "МЫКОЛА" и "ЮРКО" ушли по его заданию и обратно не вернулись, "СЛАВКО" и "РЫБАК" убиты во время операции, "АРТЕМ" и "ЧАД" нами арестованы, а "БЫСТРЫЙ", "БОРИС" и "ВАСЮТА" в мае месяце 1945 г. были посланы "БЕЛЫМ" в с. Клешувка, Рогатинского района, для рытья запасного схрона и до дня проведения операции к "БЕЛОМУ" не вернулись.
Таким образом, операцией, проведенной в сентябре 1945 г. почти полностью ликвидирована личная охрана "БЕЛОГО" и порваны каналы связи, через которые он связывался с членами Ц.П., оставшимися на территории и осуществлял руководство организацией.
По предложению "ЧАДА", "БЕЛЫЙ", оставшись без личной охраны и связных, должен скрываться у "ШЕЛЕСТА" или "ЭМА", которые находятся вблизи Бережанского р-на, Тернопольской области.
Свои предположения "ЧАД" основывает на том, что "БЕЛЫЙ", лишившись связных, охраны и места укрытия, несомненно "ЗЕЛЕНЫМ" и "ЮЛЬКО", из охранной боевки "ШЕЛЕСТА", которые неоднократно сопровождали "ШЕЛЕСТА" к "БЕЛОМУ" и наоборот, уведен к месту нахождения "ШЕЛЕСТА", где он, по-видимому, и находится до восстановления связи с членами центрального провода ОУН, подбора связных и личной охраны, после чего перешел в Рогатинский район и скрывается в схронах, вырытых для него бандитами из личной охраны, посланными им в мае 1945 года.
Поэтому данные НКГБ СССР, изложенные Вами в ориентировке в отношении пребывания ШУХЕВИЧА за кордоном,
не отвечают действительности.
ЗАМЕСТИТЕЛЬ НАЧАЛЬНИКА УПРАВЛЕНИЯ НКВД УССР
ПО ББ ПОДПОЛКОВНИК ЗАДОЯ
(ГА СБУ, Д. С-9079, Т. З, Л. 146—149.)
В ноябре 1945 года органами госбезопасности была арестована жена Романа Шухевича Наталья Березинская.
На допросе 12 ноября 1945 года, она, в частности, дала следующие показания:
ВОПРОС: Вы напрасно стараетесь скрыть свою связь с Романом ШУХЕВИЧЕМ и получение от него материальной помощи.
Следствию точно известно, что, начиная с июня м-ца 1944 г., вы через ЛЕВИЦКУЮ Марию непосредственно сами поддерживали связь с Романом ШУХЕВИЧЕМ, получали от него материальную помощь и встречались лично.
Вы это подтверждаете?
…
ОТВЕТ: Боясь ответственности перед советской властью за связь с ШУХЕВИЧЕМ, я на протяжении всего следствия давала неправдивые показания.
Убедившись, что дальнейшее скрытие своих преступных действий усугубляет мое положение, я буду теперь рассказывать только правду.
Прежде всего, я должна заявить, что со своим мужем — Романом ШУХЕВИЧЕМ поддерживала связь до дня своего ареста, т. е. до июля 1945 г. через связных, приходивших от него в село Бусовиска Старосамборского района Дрогобычской области.
Кроме того, я лично встречалась с ШУХЕВИЧЕМ и до дня ареста систематически получала от него материальную помощь в форме денег и продуктов питания. О способах связи, местах встреч и лицах, способствовавших в этом, я расскажу теперь подробно.
До мая 1941 г. я вместе с ШУХЕВИЧЕМ проживала в гор. Кракове, по ул. Зеленой № 22 и существовала на его деньги.
Где работал в то время ШУХЕВИЧ, и чем он занимался, я не знаю. Однако догадываюсь, что он продолжал работать в ОУН, хотя на мои вопросы всегда отвечал, чтобы я не вмешивалась в его личные дела. Дома он бывал очень редко, часто выезжал куда-то на периферию, по видимому, по делам организации.
В мае 1941 г. ШУХЕВИЧ уехал в Германию для прохождения военной подготовки и с тех пор до января 1942 г. я с ним не встречалась.
После оккупации немцами гор. Львова я возвратилась из Кракова в г. Львов и через местную городскую управу получила квартиру по ул. Миахальского № 11-а, кв. 9, где и проживала вместе с детьми и матерью, существуя на средства, получаемые от мужа и вырученные от продажи домашних вещей.
От знакомых во Львове я узнала, что в момент оккупации ШУХЕВИЧ командовал украинским легионом, был в чине капитана немецкой армии, проходил через Львов и находится где-то на Украине.
Осенью 1941 г. ШУХЕВИЧ с легионом возвратился во Львов, побыл непродолжительное время дома, а затем по приказу немецкого командования выехал в Берлин на 7-ми месячные курсы.
Возвратившись с курсов, ШУХЕВИЧ во главе своего легиона был направлен немцами в Белоруссию для борьбы с советскими партизанами.
Осенью 1942 г. ШУХЕВИЧ приезжал в отпуск в гор. Львов, пробыл непродолжительное время дома и выехал в Белоруссию, а в начале 1943 г. возвратился с легионом в г. Львов.
П
о неизвестной для меня причине немцы расформировали украинский легион, разоружили его участников и приказали офицерскому составу перейти в распоряжение немецкого командования…
За все это время муж неоднократно давал мне деньги сам, а когда я продолжительное время с ним не встречалась, тогда мне деньги приносила ЛЕВИЦКАЯ Мария. Где она встречалась с мужем, я не знаю…
В ноябре м-це 1944 г. в с. Бусовиско прибыла ЛЕВИЦКАЯ Мария, привезла мне 3.000 рублей денег и передала привет и поздравления от мужа …
В декабре месяце ЛЕВИЦКАЯ снова приехала ко мне и сообщила, что муж просил передать через нее теплое белье и зимнюю одежду. При этом ЛЕВИЦКАЯ передала мне записку от мужа ШУХЕВИЧА, в которой было написано приехать за продуктами вместе с ЛЕВИЦКОЙ…
В доме, куда привела меня Мария, никто не проживал. В одной из комнат размещалась какая-то кухня, где две девушки готовили пищу. Вечером на эту квартиру явился Роман, вооруженный пистолетом и автоматом, в сопровождении 5 или 6-ти человек также вооруженных, которые охраняли дом во время нашей беседы…
На другой день ЛЕВИЦКАЯ снова прибыла ко мне на пароконной подводе, нагруженной различными продуктами питания, как-то: муки 3 мешка. 4—5 кг меда, свиная туша и еще что-то, не помню. Вместе с ней мы возвратились в с. Бусовиско, откуда ЛЕВИЦКАЯ направилась в гор. Львов, оставив в мое пользование повозку и лошади.
В марте 1945 г. ЛЕВИЦКАЯ приехала ко мне в село Билычи, куда я переехала на жительство, вместе с подругой, которую называла Ириной. При этом ЛЕВИЦКАЯ привезла мне 7.000 рублей денег от Романа и один литр вина.
В разговоре ЛЕВИЦКАЯ сообщила по секрету от Ирины, что она больше ко мне приезжать не будет, т. к. учится и не имеет время, а вместо нее я буду поддерживать связь с Романом через Ирину, причем предупредила, чтобы я рекомендовала себя Ирине — БЕРЕЗИНСКОЙ и никогда не упоминала фамилию ШУХЕВИЧ. С чем была связана эта предосторожность, я не знаю.
Ирина расспрашивала, имею ли я документы и узнав, что я документов не имею, пообещала на следующий раз привезти мне паспорт на имя БЕРЕЗИНСКОЙ, получив у меня две фотокарточки.
После отъезда ЛЕВИЦКОЙ Марии и Ирины ко мне никто больше от Романа не приезжал до момента ареста…
ВОПРОС: На предыдущих допросах Вы показали, что, не желая дальше проживать с ШУХЕВИЧЕМ, в 1943 г. взяли с ним официальный развод. Из показаний, изложенных Вами сегодня, видно, что не только не прекращали связи с ШУХЕВИЧЕМ после развода, а продолжали с ним встречаться и находились на его иждивении до дня ареста. Объясните, с какой целью вы разводились с ШУХЕВИЧЕМ, и имело ли это место в действительности.
ОТВЕТ: Факт развода с ШУХЕВИЧЕМ Романом имел действительно место. Убедившись еще в период оккупации, что за националистическую деятельность мужа я буду подвергаться репрессиям, я решила развестись, чтобы не носить его фамилию, но по существу, это не имело никакого значения, т. к. и до развода мы почти все время жили врозь. Когда я рассказала об этом ШУХЕВИЧУ, он отнесся к моему сообщению безразлично.
ВОПРОС: Какое положение в ОУН занимает ваш муж — ШУХЕВИЧ Роман?
ОТВЕТ: Какое он занимает положение, я лично не знаю, т. к. сама участницей ОУН не являюсь, а о своей роли в ОУН ШУХЕВИЧ мне никогда не рассказывал…»
(ГА СБУ, Львов, Д.-П-3304, Т. З, Л. 64—72.)
Вновь информация о ликвидации Романа Шухевича поступила в НКВД УССР в 1946 г. от майора А.М.Соколова, руководящего опять же спецгруппой, сформированной им из завербованных боевиков ОУН-УПА:
«В это время Бережанским РО была задержана связная "Наталка", которая на допросе показала, что она связная областного проводника ОУН "Нестера", она пыталась убежать из КПЗ — пристрелила из пистолета милиционера, ее охраняющего, и, как видно из информации, фигура была интересная.
Я вместе с подполковником т. МАТВЕЕВЫМ — выехали в Бережаны ее посмотреть. Когда мы приехали в Бережани, то ее допрашивали сотрудники ОББ НКВД УССР подполковник КАГАНОВИЧ. Она так ставила свои показания, что по ним никаких оперативных мероприятий провести было нельзя. Ясно было, что она все равно врала, скрывая что-то крупное.
Я свое мнение сказал т. МАТВЕЕВУ, который со мною согласился, и мы решили ее взять в Чертков. На допросе в Черткове она тоже существенного ничего не показала, т. САРАЕВ мне приказал ее забрать в спецгруппу и взять с собой в Бережаны, найти возможности заставить ее признаться и реализовать данные, которые она нам дает при допросе.
Я решил с ней сделать так, по прибытии в Бережаны сделать видимость ее вербовки, дать ей задание убить "Нестера", я был уверен, что она будет бежать, и в то время когда она будет бежать от нас, задержать ее под видом "СБ" и допрашивать как сиксотку —другого с ней сделать было нельзя.
По дороге в Бережаны мы ее везли так, что она не видала всей группы, обращение с ней было хорошее, в Бережанах я оформил ее вербовку, дал задание убить "Нестера", дал ей пистолет с отломанным бойком и отправил выполнять задание.
Она указывала, что она встречалась с боевиками "Нестера" в селе Бышках в одной хате, откуда боевики вели ее к "Нестеру" в лес, по договоренности с ком. 229 ОСБ село было окружено ротой.
ГОРОДЕЦКИЙ со своим отделением ждал ее в селе, ПОТАШНИК подвез ее к Бышкам и пустил в село. Как я предполагал, так оно и получилось — "Наталка" побыла в хате несколько минут, вышла через заднюю дверь, спряталась в кукурузе, что все видел ГОРОДЕЦКИЙ, который дав ей посидеть в кукурузе некоторое время, как бы случайно ее задержал, обнаружил у нее пистолет и сразу же ее объявил сиксоткой.
Та ему сказала, что она курьер центрального проводника ОУН — и ей необходимо как можно скорее с ним увидеться, так как она была арестована НКВД, просрочила два срока явки и у нее остался один срок, и если она его просрочит, то ей будет очень трудно связаться [со] своим проводником.
ГОРОДЕЦКИЙ ей говорил, что она все врет, он ей завязал глаза, привез ее в Бережаны, где в сарае ее уже допросили как "СБ", [и] она рассказала, что она знает схрон в селе Августовка, в котором сидят охранники центрального проводника "Белого"(ещё одна организационная кличка Р.Шухевича – авт.), с ними она встречается и потом они ее ведут к "Белому", как раз через день подходил последний срок ее явки в этот схрон. ЛЮЛЮК, который допрашивал ее, [и ее] показания записал, сказал, что поведет к проводнику, а привел ее ко мне. Она и мне подтвердила, что рассказывала ЛЮЛЮКУ. Мы сразу же с ротой бойцов выехали на операцию в село Августовку, где в доме КОГУТА Петра — эта квартира содержателя схрона центрального проводника - "Наталка" нам указала хорошо замаскированный схрон, в которм сидели два боевика "Белого", "Рыбак" и "Чад".
Мы разрыли схрон "Чада", [и его] удалось вытащить живым, "Рыбак" застрелился. В схроне мы обнаружили библиотеку, пишущую машинку, 7 м. единиц оружия и много разных вещей, принадлежащих "Белому" и его охране.
"Чад" нам рассказал, что около Бережан недалеко от села Рай в схроне в двойной крыше должен быть "Белый", [и] мы немедленно выехали на машине комбата, но в этом схроне "Белого" не было, там был его адъютант "Артем" и окружная проводница ЛЕГЕТА — "АРТЕМ" застрелил ЛЕГЕТУ, поджег хату, хотел бежать, но я его подстрелил в ногу из винтовки и он был взят живым.
ЛЕГЕТА сгорела, в хате погорело много документов и большая сумма денег. "Артем" ничего существенного на допросе не дал. По данным "Чада", которого я оставил в спецгруппе, мы вскрыли еще три схрона центрального провода ОУН — людей в них не задержали, но нашли станковый пулемет "Максима", много литературы, переписки.
Причем два схрона [находились] на территории Станиславской и Львовской области».
(ГА РФ, Ф. Р-9478, оп. 1, д. 487, л 212-223.)
Характерно, что Наталью Шухевич-Березинскую советские спецслужбы также «протестировали» через специальную группу МГБ УССР, сформированную из бывших членов УПА. В июле её, якобы, отбили «повстанцы», и пока сотрудники МГБ «истекали» запрятанной под форму куриной кровью возле машины, на которой перевозили Наталью, «бандоуновка едко смеялась, держась за трупы убитых». Её провели по легендированным связям, от бункера до бункера. Однако никаких существенных данных о местопребывании её мужа Романа Шухевича она не дала. В итоге вскоре она была вновь «отбита» у «повстанцев».
(Д.Вєденєєв, Г.Биструхін, «Повстанська розвідка діє точно і відважно», К: 2006, стор. 104-105.)
Очередная агентурная информация о Шухевиче поступила 13 августа 1946 года. И вновь она оказалась настолько красноречивой, что мы позволим себе процитировать обширный фрагмент из этого донесения агента советских органов гос. безопасности:
«СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.
13 августа 1946 года.
Объект — ШУХЕВИЧ
[...]
Принял — АЛЕКСЕЕВ
11 августа с. г. я встретился с Т. В. ШУХЕВИЧЕМ (Тарас Шухевич, дядя Романа – прим. авт.) и его женой, рассказавшие мне, что за пару дней до этого они получили известие о том, что мать Романа ШУХЕВИЧА осуждена на 3 года высылки на Восток. Этот приговор они считают легким, так как ожидали, что ее осудят на более тяжкое и длительное тюремное заключение. Вместе с тем, они находят, что преследование ее вообще несправедливо, так как мать не может отвечать за действия своего сына. Другие говорили мне, что мать Р. Шухевича глубоко несчастный человек. Она вышла замуж за сифилитика ШУХЕВИЧА, всю жизнь мучилась, будучи его женой, а теперь отвечает за своего дегенеративного сына Романа, который еще с детства проявлял наклонности садиста. Это говорили мне СТЕПАНИВ и ПАНЬКИВ". [...]
НАЧАЛЬНИК 2 ОТДЕЛА УМГБ ЛЬВОВСКОЙ ОБЛ.
ПОДПОЛКОВНИК Алексеев
(ГА СБУ, ф.65, д.18756, т.1, л. 279—279 обр.)
С октября 1946 г. Шухевич скрывался в специально подготовленном для него доме в с.Княгиничи. Схрон был зашифрован под кодовым названием «Короленко».
21 сентября 1947 года сотрудниками МГБ УССР была арестована член ОУН Зарицкая Екатерина Мироновна (организационная кличка «Монета», «Маня»), жена члена ОУН Михаила Сороки и личная связная Р.Шухевича. Во время задержания она оказала сопротивление и застрелила одного из оперативных работников МГБ.
А теперь приведём фрагмент об этих событиях из воспоминаний Любомира Полюги, который, будучи студентом медицинского института во Львове, вступил в фиктивный брак с одной из связных Шухевича и, проживая вместе с последним, Зарицкой и прочими связными «Чупрынки», и числясь фельдшером в Княгиничах, обеспечивал прикрытие Шухевича на протяжении этого периода.
«День двадцять першого вересня наближався. Ніхто не передчував катастрофи, хоча ми завжди були готові до всього. Кожного дня наполегливо працювали провідник і "Маня", а ми з "Марійкою" читали статті, вивчали англійську мову, але це у вільні хвилини, яких було небагато. Незабаром я мав отримати зі Львова медичну літературу.
Свято Матері Божої. Гарний осінній ранок двадцять першого вересня 1947 року. "Маня" швидко поснідала і сказала, що повернеться після обіду. Перевірила пістоль, який вона носила на поясі спереду під спідницею, і вийшла.
Не знаю, чи в нас був неспокій, тільки пам'ятаю, що провідник був якийсь інакший в цей день. Десь поділася його усмішка, він весь час ходив по кімнаті.
Після обіду з Ходорова повернулася дружина "Цьопця" і сказала що вранці вбили на станції якусь жінку і що там багато війська. -"Маня" пішла на зустріч у Ходорів до Феника, - сказав провідник і сів у крісло. У хаті всі замовкли...
Терміново пішла в розвідку "Марійка". А ввечері вона принесла тяжку звістку. "Маня" йшла із зв'язковою. Двоє у цивільному вхопили її за руки ззаду і так повели її в будинок НКВД. При вході у браму їй відпустили руки. У цю мить вона вихопила пістоль і вистрілила по охоронцях. Вона втікала, за нею гналися, стріляли. Вбили її на станції. У "Мані" компрометуючих документів на хату не було, тому загрози швидкого "впадення" її не виникало. Провідник все одно повинен негайно залишити хату. До ночі залишилося небагато. Він швидко зібрав необхідні речі. Тепер мені одному доведеться іти в його охороні. ...
Біля вікна провідник ще раз глянув на хату: - Усі особисті речі "Мані" передайте у Львів. Будьте обережні, виконуйте розпорядження. За нами тільки зашелестіло листя кукурудзи. Ми обережно зійшли до ставу і глибоко в очереті просиділи до повної темряви. ...
Я йшов попереду провідника. Зброя відбезпечена. Окрім пістоля, в мене ще й граната....»
(Полюга Л. Шляхами спогадів 1944 - 1956/Заг. ред. Дашкевича Я. / HAH України. Інститут української археографії та джерелознавства ім. М. С. Грушевського. -Львів-Київ, 2003. - С. 56- 74)
Однако, в мемуары Л.Полюги вкралась весьма существенная неточность: Зарицкая не погибла, и, невзирая на оказанное сопротивление, чекистам всё же удалось задержать её живой. А вскоре был арестован и сам Л.Полюга.
И вновь обратимся к документам.
СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО
ВЫПИСКА
из отчетного доклада о результатах борьбы с националистическим подпольем и его вооруженными бандами на территории Украинской ССР
За ноябрь месяц 1947 года.
О ПРОВОДИМЫХ МЕРОПРИЯТИЯХ ПО РОЗЫСКУ ЧЛЕНОВ т. н. ЦЕНТРАЛЬНОГО "ПРОВОДА" ОУН" И РАЗРАБОТКЕ ИХ ДЕЛОВЫХ И РОДСТВЕННЫХ СВЯЗЕЙ.
По розыску "ТУРА" — ШУХЕВИЧА Романа.
В ходе проводимых в отчетном месяце с. г. агентурно-оперативных мероприятий по розыску руководителя подполья ОУН на т. н. украинских землях — ШУХЕВИЧА Романа, по кличке "ТУР", и разработке его деловых связей добыты следующие данные:
ШУХЕВИЧ продолжительное время (1946—47 гг.) скрывался на территории Рогатинского района Станиславской области и Ходоровского, Стрыйского районов Дрогобычской области.
...
В настоящее время, как нами установлено, функции личных связных ШУХЕВИЧА продолжают выполнять ДИДЫК Галина, кличка "АННА", и КУЗИМОВИЧ Мария, по кличке "МАРТА".
Обе они находятся на нелегальном положении, но, имея фиктивные документы, свободно разъезжают по различным городам и районам, выполняя специальные задания ШУХЕВИЧА.
Кроме того, "АННА", как самый доверенный его человек, занимается подготовкой мест укрытий в тех районах, где ШУХЕВИЧ должен останавливаться на длительный период, или для встречи с руководящим составом ОУН.
Для встречи с руководящим составом оуновского подполья ШУХЕВИЧ пользовался "мертвыми" пунктами связи, куда в обусловленные дни выходили его связные "АННА", "МАРТА" и находящийся при нем боевик "ДЕМИД" и др.
Известны три такие пункты:
1. гор. Рогатин Станиславской области, на базаре около одного из складов, куда в обусловленный день должна выходить девушка в черном платке с корзинкой в правой руке.
Связь по заранее обусловленному паролю.
2. Северо-Восточнее села Рудки Рогатинского района, по дороге, идущей из Рогатина на Перемышляны, с правой стороны на западной окраине леса, расположенного восточнее села Рудки.
В этом лесу ШУХЕВИЧ имел небольшой бункер, куда иногда заходил с прибывшими к нему людьми.
3. гор. Ходоров Дрогобычской области. Встреча со связным ШУХЕВИЧА обусловлена около аптеки.
Кроме перечисленных выше пунктов связи, в гор. Стрий Дрогобычской области, около церкви, "на ланах" ШУХЕВИЧ также имеет пункт для связи с руководителем референтуры пропаганды центрального "Провода" ОУН — "СЕВЕРОМ" через связную последнего "ДАРКУ".
За отчетный период агентурно-следственным путем получены также данные о том, что ШУХЕВИЧ имеет намерение в зиму 1947—48 гг. укрываться в одном из городов Дрогобычской области, и что в связи с этим отдано распоряжение подготовить ему соответствующий бункер.
Имеется предположение, что бункер для ШУХЕВИЧА должен быть приготовлен в гор. Стрий его личной связной "АННОЙ".
Учитывая намерение ШУХЕВИЧА зимовать в одном из городов Дрогобычской области и наличие известных нам пунктов связи, куда входят его личные связные "АННА", "МАРТА", "ДЕМИД", "ДАРКА" и другие, нами разработан и подготовлен к реализации план агентурно-оперативных мероприятий, предусматривающий выброску в районы вероятных мест укрытия ШУХЕВИЧА, в места появления его связных (гг. Стрий, Ходоров Дрогобычской области и Рогатин Станиславской области (двух рейдирующих агентурно-боевых групп, укомплектованных агентами, знающими в лицо, как ШУХЕВИЧА, так и его связных, с целью захвата последних и выхода через них на ШУХЕВИЧА.
[...]
ВЕРНО: Оп[еруполномоченный] 1 Отделения УПР 2-Н МГБ УССР
лейтенант Ивахно
(ГА СБУ, ф.65, д.С-9079, т.4, л. 235—247).
А теперь позволим себе процитировать небольшой фрагмент из показаний Е.Зарицкой в изложении сотрудников МГБ. Довольно пикантный…
«В августе 1947 года Зарицкая лично ездила в село Гримне с целью проверки — насколько подготовлена квартира и убедилась, что в квартире действительно можно проживать и организовать бункер.
В конце августа 1947 года ШУХЕВИЧ специально направил своих боевиков "ВЛАДКО" и "ЛЕВКО" в село Гримне, чтобы они изготовили ему бункер в этом доме.
Со слов ШУХЕВИЧА, Зарицкой известно, что если он не останется на зиму 1947—1948 гг. в селе Княгиничи, то поселится на зиму в с. Гримне, в противном случае, эту квартиру он предоставит руководителю референтуры пропаганды Главного "провода" ОУН "СЕВЕРУ" или руководителю Львовского краевого "провода" ОУН "ФЕДОРУ". На этой квартире рассчитывала укрываться и сама Зарицкая.
Зарицкая также показала, что ШУХЕВИЧ высказывал предположение, что зимой 1947—1948 гг. он будет укрываться в "краивке", которую ему подготовят в одном из городов, но где именно, он ей не сказал.
Как заявила Зарицкая, других мест укрытия ШУХЕВИЧА она не знает и считает, что к моменту ее ареста таковых у него не было…
Зарицкая созналась, что, проживая длительное время вместе с ШУХЕВИЧЕМ, она с начала 1945 года начала сожительствовать с ним».
(ГА СБУ, Ф. 65, Д. С-9079, Т. 5., Л. 71— 84.)
Как говорится, красиво жить не запретишь. И Роман Шухевич, отметим для себя, пользовался этим активно…
К слову, пишем мы об этом без всякого морализаторства. Вспомним библейское: «Пусть тот, кто без греха, первый бросит в меня камень». Отмечаем же мы эту деталь, чтобы показать Шухевича человеком, а не налакированной иконой, сделанной из него за последние годы.
Следующим местопребыванием Шухевича была конспиративная квартира в с.Гримное на Львовщине, куда он перешёл из Бибрецких лесов. Готовила её другая связная Шухевича Дарья Гусяк (кличка «Нюся»). Она, её мать и ещё одна связная Шухевича под кличкой «Марта» поселились в ней под видом переселенцев из Польши с поддельными, естественно, документами. Перешёл в неё со своими боевиками и Шухевич после катастрофы в Княгиничах. Однако, по иронии судьбы, и это место убежища прослужило ему недолго.
В начале 1948 г., пока Шухевич скрывался во Львове, в квартиру в Гримном внезапно явился с проверкой местный участковый и обнаружил двух вооружённых боевиков. Трудно сейчас сказать, была ли это планомерная операция или случайная проверка. Скорее всего, последнее. У одного из находившихся в помещении охранников Шухевича не выдержали нервы, и он наповал уложил из имеющегося оружия милиционера. Таким образом, и эту «квартиру» пришлось срочно менять. (В.Кук. «Генерал-хорунжий УПА Роман Шухевич», Львів: 2007 р., стор. 68-69).
Р. Шухевич же находился во Львове, в специально оборудованном для него убежище на Лычаковской горе, в Лисиничах, в доме Е.Яремковой-«Гайдамачки» по улице Кривой.
В этот период у него начались существенные проблемы со здоровьем. Были они у него и раньше, но именно на этот период пришлось обострение ревматизма, миокардит, гипертония и обусловленные вышеперечисленным «букетом» прочие симптомы.
И вновь позволим привести ещё одну подробность. И вот здесь без оценок уже никак не обойтись. Впрочем, каждый волен понимать и воспринимать их как хочет…
(дали буде).
