Олег Росов (novoross_73) wrote,
Олег Росов
novoross_73

Categories:

Ровенская область. Дополнение к первой части.

В письмах очевидцев бандеровского террора, размещённых мною в первой части, упоминается бандбоёвка некоего А.Кирилюка - "Рубача", которая оперировала в Ровенском районе и подчинялась надрайонному референту СБ "Макару" (номера за 10.01 и 24.01).

Как и следовало ожидать, изложенные очевидцами факты полностью подтвердились материалами из других источников.
Предлагаю ознакомиться и сравнить.

НАРОДНОМУ КОМИССАРУ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ УССР
Комиссару Государственной Безопасности 3 ранга тов. РЯСНОМУ
г. Киев


Об аресте бандита Кирилюк А.С.


УНКГБ Ровенской области арестован бандит Кирилюк А.С., 1924 года рождения, уроженец и житель Ровенского района, украинец.

По данным агентуры и показаниям самого Кирилюк установлено, что он является комендантом СБ ОУН по Ровенскому району, под псевдонимом «РУБАЧ» и имел в своем распоряжении вооруженную карательную группу СБ, в количестве 9 человек.
Как показал Кирилюк, под его руководством по указаниям начальника исполнительного отдела при СБ ОУН, известного бандита под кличкой «МАКАР», этой группой в 1943-44 гг. по селам Ровенского района было зверски уничтожено более 70 семей мирных жителей за лояльное отношение к органам Советской власти и отказ помогать бандгруппам УПА. Намеченные жертвы предварительно подвергались жестоким пыткам, а затем умерщвлялись. Лично Кирилюк уничтожил 10 семей мирных жителей и советского военнопленного.
При аресте Кирилюк отобран автомат, пистолет и гранаты. Следствие по делу Кирилюк закончено Кирилюк передан УНКВД Ровенской области.

Народный Комиссар Государственной Безопасности УССР
Комиссар Государственной Безопасности 3 ранга (САВЧЕНКО)
«16» июня 1944 г.
№1019/с
г.Киев

ГА СБУ, Ф.2, Оп.87, Д.78, Л.160.

И теперь протокол допроса самого Кирилюка - "Рубача". Комментарии здесь излишни, так как показания и без них достаточно красноречивы. Настоятельно рекомендую лишь обратить внимание на жизненный путь борца "национально - вызвольного руху", и на перечень лиц, от которых, по мнению оуновского руководства, нужно было "освобождать" Украину в первую очередь. Кстати, немецкие оккупанты, судя по словам Кирилюка, к этой категории не относились.

ПРОТОКОЛ ДОПРОСА
обвиняемого КИРИЛЮК А.С., 1924 года рождения,
уроженец и житель с.Карпиловка, Ровенск. р-на,
украинец, гражданин СССР, образов. 7 классов, холост,
из крестьян-середняков, со слов не судимый,
имеет псевдоним «ГАМАЛИЯ» И «РУБАЧ»

от 27 июня 1944 года

(Допрос начат в 16-00)


ВОПРОС: Где, когда и при каких обстоятельствах вы вступили в ряды участников так называемой УПА?

ОТВЕТ: До начала советско-германской войны я проживал совместно с отцом, помогал ему в сельском хозяйстве. Как только наш район был оккупирован немецко-фашистскими войсками, мой отец <...> представителями немецкой администрации на общем собрании крестьян был назначен старостой села Карпилевка, Ровенского района.

В феврале месяце 1942 года при содействии отца, я был назначен начальником пожарной охраны того же села и проработал на этой должности до июня 1942 года.
В конце июня 1942 года в нашем селе остановилась «боевка» Ровенского надрайона ОУН, возглавлявшаяся руководящим работником ОУН под псевдонимом «ХОЛОДНЕЧА». В состав «боевки» входило 95 человек, в основном молодежь из сел Ровенского района.

Участники этой «боевки», под видом украинских партизан вели террористическую деятельность по заданию руководства надрайона ОУН, направленную против советских партизан и лиц высказывавших свои симпатии к Советской власти.
Командир «боевки» «ХОЛОДНЕЧА» предложил мне вступить в «боевку». Посоветовавшись с отцом, я дал согласие стать участником «боевки».

«ХОЛОДНЕЧА» тепло принял меня, рассказал о необходимости мне, как молодому украинцу, бороться за «самостийну» Украину и тут же вручил мне винтовку и 130 патрон, предупредив, что впредь я буду иметь псевдоним «ГАМАЛИЯ».
В первых числах июля 1942 года «боевка» выступила из нашего села и начала оперировать по селам Ровенского района.

Наряду с националистической пропагандой в селах, мы проводили военные занятия с молодежью, обучая последнюю обращению с оружием.

Находясь в «боевке» и общаясь с активными оуновцами, у меня началось постепенно складываться националистическое мировоззрение. Мне казалось, что все население западных областей Украины только и мечтает о создании «самостоятельной» Украины. Я не понимал, что еще в тот период вся деятельность оуновцев зиждется на беспощадном терроре и запугивании основной массы крестьянства.

В «боевке» я пробыл до октября 1942 года и в связи с болезнью я был отпущен домой.

Прибыв к себе в село я слег и пролежал в постели до конца 1942 года. Выздоровев я стал искать связей с оуновцами, решив вновь принять ак¬тивное участие в борьбе за «самостийну» Украину.

Долго искать этих связей мне не пришлось, так как в марте 1943 года я был вызван к районному коменданту СБ — «МАКАРУ» который остановился в нашем селе.
«МАКАР», побеседовав со мной о моем участии в «боевке» «ХОЛОДНЕЧА» и о желании снова принять участие в работе оуновцев, предложил мне вступить в созданную оуновцами, так называемую, службу безопасности. Не долго задумываясь я согласился.

ВОПРОС: Расскажите о вашей деятельности, как участника СБ?

ОТВЕТ: «МАКАР», похвалив меня за мое быстрое согласие, тут же выдал мне автомат, пистолет «ТТ» с боепатронами и две гранаты, объявив при этом, что с сегодняшнего дня я буду являться личным адъютантом «МАКАРА».
До мая 1943 года я разъезжал вместе с «МАКАРОМ» по селам Ровенского района. В мои обязанности входило выполнение поручений «МАКАРА» и охрана его.

Останавливаясь в селе, обычно «МАКАР» через меня вызывал к себе местный оуновский актив и разведчиков СБ, детально выяснял настроение местных жителей, ход поставок в УПА, количество и фамилии советских военнопленных, бежавших из немецких лагерей и проживавших в данном селе.
Вместе со мной сопровождали «МАКАРА» два участника СБ «ОЛЬКО» и «ЧЕПЧИК».
После отъезда «МАКАРА», в село прибыла «боевка» и по заданию «МАКАРА» уничтожала лиц из местного населения, высказывавших недовольство УПА и советских военнопленных, бежавших из немецких лагерей.

В мае 1943 года «МАКАР» вызвал меня к себе и заявил, что он очень доволен мной, а поэтому считает, что я вполне справлюсь с обязанностями коменданта «боевки» Ровенского района СБ, причем официально я буду именоваться «начальником полицейского исполнительного отдела».

На мой вопрос, что конкретно будет входить в мои функции, «МАКАР» заявил мне следующее:
«Для того, чтобы ОУН могла вести борьбу за создание «самостоятельной» Украины, необходимо уничтожить всех врагов оуновцев. А для этого нужно иметь всюду глаза и уши. Вот для чего и создана служба безопасности, состоящая из референтуры разведки, которая имеет в каждом селе своих разведчиков и «боевки» в составе 10-12 человек, непосредственно расправляющихся с нашими врагами.

В целом на службу безопасности руководство ОУН возложило следующие обязанности:

1. Уничтожать всех «врагов» УПА и ОУН, которыми являются поляки, чехи, евреи, комсомольцы, коммунисты, офицеры и бойцы Красной Армии, работники милиции и лица из местного населения, высказывающие свои симпатии к Советской власти.
2. Задерживать и расстреливать всех военнопленных офицеров и бойцов Советской Армии, бежавших из немецких лагерей.
3. Уничтожать вместе с семьями всех уклоняющихся от службы в УПА, сжигая их дома и отбирая имущество.
4. Следить за населением нашего района, чтобы оно своевременно выполняло поставки с-х продуктов для УПА, применяя физические репрессии в отношении саботирующих поставки. Под физическими репрессиями подразумевается расстрелы и экзекуция.
5. Выявлять и расправляться с лицами ожидающими прихода частей Красной Армии.
6. Уничтожать по заданию руководства ОУН всех лиц, не интересуясь степенью их виновности.
7. Наиболее «опасных врагов» — коммунистов и работников НКВД, не допрашивая их лично, передавать «МАКАРУ».

Основа нашей работы — это преданность делу ОУН. Пусть у вас не дрогнет рука, когда вы видите мучения своей жертвы. Помните, что чем больше уничтожите врагов, тем ближе час нашей победы».

Выслушав «МАКАРА» я понял, что на меня возлагается работа, которая меня интересовала и к этому же вполне устраивала, так как я мог жить дома, не боясь быть призванным в УПА, куда идти я не хотел в виду слабого состояния здоровья.

В тот же день мы с «МАКАРОМ» поехали в с. Зарицк, Ровенского района. В этом селе «МАКАР» представил мне участников «боевки».[...]
Таким образом в состав моей «боевки» стало 9 человек.

В течение полутора месяцев я вместе с этими участниками "боевки" разъезжал по селам, находясь на иждевении у местных жителей. Приезжая в села я, вместе с указанными више лицами, располагались на постой у местных жителей, которые узнав, что мы из службы беспеки, трепетали перед нами, зная о методах "работы" СБ.

В конце месяца августа 1943 г. меня вызвал "Макар" и дав мне список 12 человек жителей села Бегент, Ровенс. р-на, приказал мне вместе с "боевкой" выехать в это село и там уничтожить их. Это приказание я выполнил. Приехав в село Бегент вечером, я узнал дома где проживают указанные "Макаром" лица и заходя по порядку в дома интересующих меня лиц, вместе с другими участниками СБ уничтожал их, расстреливая из огнестрельного оружия. Нас не пугали крики и мучения. Заходя в дом мы тут же стреляли в упор и направлялись в следующий дом. Фамилии убитых людей в с. Бегень я не помню. Знаю только, что все были украинцы, местные жители. Трупы убитых мы бросили тут же в селе.

Рассправившись со всеми лицами указанными в списке, который вручил мне "Макар", я вместе с другими участниками "боевки" направился в с. Макотирки Ровенского р-на, где доложили "Макару" о выполнении задания. "Макар" похвалил меня за быстроту и предложил мне вступить в ОУН. Я согласился. Тут же он присвоил мне новый псевдоним "Рубач". [...]

Далее «МАКАР» вручил мне список на 36 человек жителей с. Грушевица и предложил всех до единого человека расстрелять.

Не став расспрашивать «МАКАРА» о причинах их расстрела я собрал участников «боевки» и тут же выехал с ними в с. Грушевицы.
Приехав в село я установил, при помощи местных жителей, где проживают лица, занесенные «МАКАРОМ» в список, как только стемнело, мы начали заходить в интересующие нас дома и выстрелами в упор расстреливать людей. Всего в течение 2-х дней в с. Грушевица, Ровенского района, мы убили около 36 человек, трупы которых бросили в этом селе.

Ни одного из убитых нами людей лично никогда не знал ни в лицо, ни по фамилии. В чем они виновны так же ни я, ни остальные участники «боевки» не были осведомлены. Это нас не интересовало. Мы выполняли приказ районного коменданта СБ «МАКАРА».

Больше каких-либо убийств ни я лично, ни под моим руководством, участники «боевки» не совершали. Это объясняется тем, что в октябре 1943 года я заболел воспалением почек и с разрешения районного коменданта СБ «МАКАРА» отправился домой в с. Карпиловку, где снова слег в постель, пролежал до марта 1944 г.

ВОПРОС: Кому вы передали обязанности коменданта «боевки»?

ОТВЕТ: «МАКАР» приказал мне передать обязанности коменданта «боевки» упоминавшемуся ранее участнику СБ — «НАДИЯ».

ВОПРОС: Что вам известно о деятельности вашей «боевки» под временным руководством «НАДИЯ»?

ОТВЕТ: Мне известно, что во время моей болезни участники моей «боевки» под руководством «НАДИЯ» продолжали свою террористическую деятельность, выполняя мои указания районного коменданта СБ «МАКАРА» по уничтожению неугодных ОУН людей.

Я знаю со слов «МАКАРА», что всего моей «боевкой» уничтожено свыше 140 человек украинцев, поляков, русских и чехов, среди которых значительное количество было советских военнопленных, бежавших из немецких лагерей.

ВОПРОС: Когда и где вы принимали участие в боях против советских войск?

ОТВЕТ: В середине марта 1944 года я получил задание от «МАКАРА» срочно прибыть к нему в с. Зарицк, Ровенского района. Я сразу явился к нему. «МАКАР» предложил мне вновь принять командование «боевки», я отказался, мотивируя свой отказ слабым состоянием здоровья.

Не успев еще побеседовать с «МАКАРОМ» я услышал выстрелы и сигналы тревоги. «МАКАР» всунул мне в руки винтовку и мы побежали к лесу вблизи с. Зарицк. Там я узнал, что идет бой между куренем под командованием «ГОНТЫ» в составе 350 человек и маленьким подразделением Красной Армии, под натиском которого курень «ГОНТЫ» отступал в глубь леса.

Потеряв несколько десятков человек убитыми и ранеными курень скрылся в глубине леса, откуда «МАКАР» отпустил меня домой, предупредив, что как только я выздоровлю, то обязан немедленно явится к нему.
Я отправился в с. Карпиловку, где в мае месяце 1944 года был арестован.

Записано с моих слов верно, мне прочитано, в чем и расписываюсь. [...]

Допросил: Зам. Нач. Отд. Обб. НКВД УССР
Ст. лейтенант Госбезопасности
(Вайсберг)


ГА СБУ, Ф.13, Д.372, Т. 29, Л. 56-62.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 42 comments